Владимир Путин довольно часто произносит слово «стабильность», причем из слов главы государства ясно, что он считает стабильность благом, достоинством, а не недостатком. Однако, как известно, плюсов без минусов не бывает, и с благословенной стабильностью на самом деле все не так однозначно.
Возьмем, к примеру, экономику. В 2010-2011 годах российский экспорт прирастал на 31,4% и 30,2% соответственно. Но в 2012-м вырос всего на 1,6%, или на $8 млрд, а в первом квартале 2013-го экспорт и вовсе сократился на $5,5 млрд. И если тренд сохранится, то первые четыре месяца текущего года сведут на нет всю «прибавку» года прошлого. Чем не стабильность?
С некоторым опозданием, но такую же динамику демонстрируют и темпы роста российской экономики в целом. В 2012-м при первоначальных прогнозах в 5-5,5% прирост составил всего 3,4%, в этом году коррекция более существенная: вначале говорили о 3,6%, а сейчас — о 2,4%. И это в конце апреля. Впереди еще 8 месяцев — есть время, чтобы свести итог к нулю.
Стабильность уже наступила и в промышленности, где прироста не наблюдается третий месяц, и в строительстве, где стабилизировались не только объемы ввода площадей, но и… цены на жилье в Москве. Президент обещал стабильность? Вот она, вокруг нас!
И не только в России, но и в мире в целом. Среднегодовые цены на нефть — одна из самых непрогнозируемых переменных в глобальной экономике — замерли с момента возвращения президента в Кремль: $110,2 за баррель сорта Brent в середине мая 2012-го и $104,9 за баррель сегодня. Колебаний в 5% в год в этом веке еще не фиксировалось.
А евро? Несмотря на жуткие события в еврозоне, он стоит на том же уровне — $1,3 за 1 евро, — как и в начале прошлого мая. Скоро стабильность проявится и по отношению к доходам граждан — но это так, для общей картины…
В политике заметен тот же тренд. Небольшая слабина, которую дал Дмитрий Медведев на рубеже 2011—2012 годов, преодолена. Количество зарегистрированных партий, выросшее с апреля по декабрь 2012 г. с 7 до 53, стабилизировалось. За последние полгода признано только 11 новых партий, и процесс, судя по недавним решениям Минюста, можно считать завершившимся.
Губернаторов, которых прежде назначали, а потом решили выбирать, снова можно назначать — для этой категории граждан также наступила стабильность.
Полным ходом идет «национализация элит»: ради нее власть начала ритуальную борьбу с коррупцией, и не исключено, что посредством личных договоренностей с доверенными олигархами отток капитала из страны на время удастся остановить (а точнее, сбалансировать срежиссированным притоком). Все парламентские партии говорят сейчас то же самое, что и «Единая Россия», а исполнять законодательные инициативы правительства стремятся даже быстрее, чем единороссы.
Искоренены всякие «завихрения» во внешней политике. Поставлена жирная точка в «перезагрузке» отношений с США. Европу в Кремле списали со счетов так же, как она списала со счетов на Кипре сбережения российских чиновников. Чтобы в стабильности не было сомнений, Дума собирается принять закон о возмещении за счет бюджета конфискованной за рубежом собственности российских граждан. Отход от стабильности в дружеских отношениях с изгоями, случившийся было применительно к Ливии, компенсируется стабильной поддержкой безнадежного дела Башара Асада в Сирии.
Наша внешняя политика окончательно свелась к дружескому общению с Пекином и интеграции пространства, занятого когда-то Советским Союзом, который, как заявил Путин, «был все той же Россией, только называвшейся по-другому». Осталось дать старт Евразийскому союзу — и на этом фронте тоже будет нечего делать.
В общем, первая годовщина очередного правления Владимира Путина отмечена заметными достижениями. Но возникают два вопроса.
Первый: а что остается делать Владимиру Владимировичу еще пять, а то и все одиннадцать лет, которые он намерен провести в Кремле? Регулировать погоду, чтобы зима не сменяла лето, а ветер не колыхал листья на деревьях (что тоже, наверное, нарушает стабильность)?
Второй: а что скажут люди, когда убедятся в том, что стабильность — не что иное, как застой, и не только в головах, но и в экономике? В брежневскую эпоху, по крайней мере, жилья строилось в полтора раза больше, чем сегодня, а автомобильных дорог — в пять раз больше. Все это может стать источником головной боли для нашей власти. Но это случится потом, а сейчас «новое Политбюро» может наградить само себя в полном составе звездами Героев Труда. Эти люди завершили по-настоящему ударный год. Все миссии выполнены, все цели достигнуты. Стабильность победила.