Главная страница Экономика Правовед Бров признался, что добивался самооговоров

Правовед Бров признался, что добивался самооговоров

26.06.2013
Анастасия ПОПОВА

фото

На снимке (слева направо):
Александр Бров,
Юрий Мельников,
 Виталий Номоконов,
Константин Водзинский.

 

И ДРУГИЕ ОТКРОВЕНИЯ НА АНТИКОРРУПЦИОННОМ СЕМИНАРЕ ДВФУ

На научно-практическом семинаре на тему «Оптимизация правовой политики и декриминализация общественных отношений: федеральные и региональные аспекты» обсуждалось, кому лучше на Старую площадь привозить деньги, хорошо ли использовать насилие при раскрытии преступлений и многое другое.

Виталий Номоконов, бессменный руководитель семинаров, вначале обозначил, что это последняя встреча в здании юрфака ДВФУ. Говорят, что теперь вместо университета здесь будет миграционная служба.

По традиции, Номоконов открыл семинар своим выступлением.

В частности, он отметил высокий уровень криминализации общественных отношений.

– Причина преступности заключается в ущербности социума. Это заключается в несбалансированности интересов общества и государства. Необходимо добиваться баланса интересов личности и государства, – заявил Номоконов.

Он напомнил слова председателя Конституционного суда Валерия Зорькина, который заявил, что в условиях расколотого общества невозможен реальный общественный договор, формирующий то, что называют фактической конституцией. Также он сказал, что наша элита обладает и интеллектом и волей и мощнейшими хватательными рефлексами, но с солидарностью и состраданием дело обстоит плохо. Номоконов продолжил:

– В самом государстве ряд функций утрачивают характер общественного блага, становятся предметом купли-продажи, это мы называем коррупцией. Масштабы теневой экономики выросли, объём теневой экономики составляет 30-50% ВВП, на этом плане доля теневой экономики прямо определяет уровень экономической преступности и коррупции. Наши руководители успокаивают: не будет пересмотра итогов приватизации. Если не было нарушений — вопросов нет, но как получилось, что больше 70% основных фондов страны при рыночной стоимости 14 млрд долларов разошлись по цене в 80 раз меньшей?

По его словам разница между самыми отстающими и развитыми субъектами страны — 22-24 раза. На его взгляд, решать сейчас надо социально-экономические проблемы.

После Номоконова с докладом выступил Александр Сухаренко, директор центра изучения новых вызовов и угроз национальной безопасности при ПИГМУ. На борьбу с коррупцией тратятся большие деньги. От 1,3 миллиарда до 1,4 миллиардов, только на краевые программы. Александр привёл в пример краевую программу на 2013 год «Комплексные меры борьбы с преступностью...», которая обошлась бюджету почти в миллион. Эти деньги должны быть потрачены на: подготовку и выпуск методической литературы, видеоролики, проведение соцопросов. В связи с чем Александр задал резонный вопрос:

– А что, у нас по основным направлениям благополучие?

Также его смущает, что увеличение финансирования программ по борьбе с терроризмом и экстремизмом, «которых в Приморье отродясь не было». И то, что с точки зрения статистики, «благоденствие уже воцарилось».

Далее выступил Александр Бров, заведующий кафедрой правовых дисциплин ИМБИП НИУ ИТМО (институт в Санкт-Петербурге, единственный в России вуз, сертифицированный Всемирной таможенной организацией).

Он отметил, что для победы над коррупцией, нужно формировать у студентов юрфака принципы добросовестности.

Я ему задала вопрос, что как через СМИ, так и лично слышала от преподавателей юрдисциплин, юрист, выходя работать, занимается совсем другим, а не отстаиванием законных прав... На это Бров ответил:

– Люди, которые получают юридические знания сталкиваются с противоречиями между полученными знаниями и практикой. Эти противоречия есть. В любой науке и практике в любом государстве есть эти противоречия. Я считаю: если каждый из нас выполняет свой круг обязанностей, и будет стремиться к достижению того результата, который считает нужным, общий результат может быть положительным.

Далее выступал советник ректора ВГУЭС, Виктор Павлушин. Он отметил, что есть глубинные социально-экономические проблемы, которые порождают криминализацию общественных отношений, в том числе, на самом высоком политическом уровне. Он считает, что нужно добиться, чтобы власть сосредоточилась на скрупулёзном исполнении конституции.

– Мы видим факты прямого неисполнения норм конституции, в подзаконных актов меняется правовой смысл. Конституционный суд работает, не покладая рук, и превратился, на фоне неработы других органов власти, в дополнительный законодательный орган, – заявил Павлушин.

Как бывший руководитель правового департамента Заксобрания, он отметил, что в ЗакСе часть депутатов считают себя элитарной группой, передают полномочия аппарату, зависимым людям, а сами занимаются своими делами, а избирательные комиссии превратились из нейтральных счётных органов в политические органы. Следственные органы и полиция не соблюдают конституцию и УПК. Он считает, что без создания декриминализированного органа при администрации президента коррупцию победить нельзя. Также он отметил, что сейчас возникает кощунственная мысль, а не стоит ли отказаться от системы предварительного следствия и остановиться только на судебном следствии. И это обусловлено тем, что следователи могут вести следствие по пустяковым делам годами. Далее присутствующие решили подробнее порассуждать о этой кощунственной идее, многим она понравилась, тем более на фоне провальной работы следственных органов.

– Я не так давно вернулся со второго антикоррупционного форума, разговаривал с сотрудником следствия. Он говорит: «Нас часто обвиняют в том, что мы являемся станком по фабрикации дел. Это не так, вы учтите категорию подследственных, которые окружены массивом адвокатов, вы учтите производство сложных судебных экспертиз, вы учтите что возраст старших следователей — 30-35 лет, вы учтите, что большинство из них стали старшими через два года работы». О чём мы тут говорим?

На это Павлушин ответил, что в конце 80-х следователь становился профессионалом за полгода, сейчас и за полтора не может стать таковым.

Однако Бров поспорил с самой идеей организации по борьбе с коррупцией при администрации президента, так как у нас в стране всё замыкается на президента или его администрацию. Я тоже задала оратору вопрос:

– Что такое коррупция? Это, когда преступлениями занимаются судьи, прокурорские, полиция, работники администраций и так далее. Госслужащие, грубо говоря. Один из адвокатов приёмной «Чистые руки» (Евгений Архипов, прим. авт), считает, что в мире существует только два способа борьбы с коррупцией: хорошие СМИ и митинги. Других нет. Так может мы перестанем тратить бюджетные деньги на дополнительные многоэтажные организации по борьбе с коррупцией и пустим, на больницы, например.

Павлушин ответил:

– Нужен общественный контроль. Митинги? Не знаю. Зависит от законности митинга.

– Конституция запрещает разгонять митинги в принципе.

– Надо менять работу органов власти, нужно менять акценты — чтобы шла работа по выявлению коррупцию. Сейчас десятки тысяч госслужащих сдают декларации о доходах, их проверяют, а страдают люди, которые просто что-то не так написали (площадь квартиры, например). Борьба должна базироваться на политической воле.

– А если у Путина нет этой воли?

Номоконов:

– Мы не можем превращать семинар в вопросы одному участнику. Но я хотел бы сделать замечание. Вы говорите: «Только два средства». Ещё никто не изобрёл панацеи. Насчёт подконтрольности президенту, я сомневаюсь, что кто-то один должен быть гарантом чего-то. Самый замечательный президент — человек, нужно структура, которой бы доверяло общество в целом. У нас сказал президент: «Фас», все забегали, молчит президент, никто ничего не делает.

– Так проблема в президенте, получается.

– У нас есть ещё выступающие.

Следующим выступающим был Артём Волков, помощник судьи гарнизонного суда он рассказал о влиянии военной реформы.

– Нынешняя система финансового обеспечения ведёт к обезличиванию отношений. Наблюдается реальное снижение коррупции. При создании «Оборонсервис», «Славянка» – акционерных обществ, — с одной стороны идёт снижение коррупции в низовом звене, с другой стороны, сломана отработанная система контроля и выявления преступлений. Это сузило круг должностей, обладающих коррупционными возможностями, но сами коррупционные возможности повысило — создало такие возможности, что выявить и пресечь их существующая правоохранительная система не приспособлена, – заявил Волков.

Собственно, если вы помните, Медведев отдал военную отрасль ОАОшкам, на взгляд Волкова, если раньше, чтобы украсть — нужно было вступить в коррупционные связи командиру, кассиру и работнику финансового обеспечения, сейчас это невозможно. От себя хочется добавить, что зато ОАОшки тупо распродают имущество оборонных предприятий за копейки. В Уссурийске по цене квартиры продавались здания бронетанкового завода. Также Волков отметил:

– За счёт коррупционных хищений растёт доля осуждённых за превышения и злоупотребления должностными полномочиями. Это связано с заключениями госконтрактов и приказами минобороны с коррупционным характером. Цель, прописанная в приказах – повысить довольствие военнослужащих. Но не всех, и это отдаётся на усмотрение командира. Суть этих схем такова – например, выделялось 3 млн и командир решает – кому и сколько. Тут же возникла система откатов, при этом сам командир ничего не получает, ему назначал его вышестоящий командир. У нас много уголовных дел, когда командир говорил подчинённым: «Получили деньги, по десятке будьте добры мне».

После Волкова выступал Константин Водзинский. Это политический деятель, который борется с коррупцией в администрации Владивостока. Он считает, что в мэрии сложилось устойчивое организованное коррупционное сообщество, цель которого – по его мнению, кража бюджетных средств, и вывод имущества из муниципалитета. В частности, с его слов, ещё в бытность Николаева, городское имущество просто было отдано четырём фирмам. Назад объекты не вернулись. Впрочем, и в бытность Пушкарёва с этим бороться не стали.

С его слов, при расследовании этих дел, печати, бланки, описи, изъятые ФСБ, пропали из следственного комитета. Администрация Владивостока не заявила гражданские иски к структурам, которым николаевская администрация поотдавала имущество. Однако, поскольку общественность не успокаивалась, прокуратура вынесла предписание мэрии – устранить нарушения. Только после этого мэрия заявила иски в арбитраж и проиграла более 150 исков (в связи со сроками давности). Мало того данные структуры подали на администрацию города в суды с требованием возместить понесённые судебными процессами расходы, и по всем проигранным искам администрация выплачивает по 50 тысяч.

Также он рассказал о работе мэрии по 185 закону. Со слов Водзинского, администрация города подписывала УК акты о приёмке ремонтов, хотя фактически работы были проведены не в полном объёме.

– К примеру, выделяется 25 млн рублей, проведена экспертиза, и выясняется, что работ на 14 миллионов рублей. В моём доме, считаю, покрасили на 2 млн, а акты – на 15 млн, – пояснил Водзинский.

Он пояснил, что есть и другие схемы. Как он сказал, он довёл информацию до администрации Президента и МВД России. Много ли поимел с этого сам градоначальник? Водзинский на это ответил так:

– По моему мнению, Пушкарёв подписал распоряжения, которые не имел права подписывать. Возникает вопросы к хранению ТБО, выявлено большая часть коррупционных схем по программам поддержки молодой семьи, малого бизнеса. Другое дело, кто будет интересоваться этим. Я был в администрации президента, в крае нет дела прокурору, начальнику УВД уже есть дело, он сказал: «Да, интересно, будем думать, что делать».

Я и Александр Сухаренко на такое заявление просто рассмеялись:

– Что тут думать – возбуждать уголовное дело.

– Вы зря смеётесь, – ответил Водзинский, – есть доказательства, Пушкарёва думаю, надо арестовать. Николай Николаевич сказал: «Надо смотреть».

Далее Водзинский рассказал о том, что Пушкарёв постановлением №554 внёс надбавки к тарифу водоснабжения. В октябре мы в своих квитанциях увидим, как удорожают холодная и горячая вода.

– К сожалению, представители власти нас заставляют на нашей родине вымирать, но есть нюанс – если завтра у нас заберут ресурсы, на наше место придут другие государства, а власть, которая уничтожает свой народ, рано или поздно останется без власти. Я думаю, это произойдёт в ближайшие годы, – заявил Водзинский.

Тут вспомнили скандальную историю с тем, что Пушкарёв стал лучшим главой в России после мэра Махачкалы, которого сейчас арестовали за заказное убийство. Присутствующие сошлись во мнении, что далее рука правосудия коснётся и нашего градоначальника.

Александр Сухаренко задал вопрос:

– У вас не возникает ощущения, что он (Пушкарёв, – прим. авт.) просто возит деньги федеральному центру? Он ходит на Старую площадь, причём не с пустыми руками? Кроме того, он отдал большую часть акций «Спасскцемента».

Константин Водзинский ответил:

– Я хорошо осведомлён. Очевидно, он невыгоден здесь определённым людям. Видимо, он мешает тому, что сюда должны завозиться большие деньги. Второй момент, Пушкарёв, считаю, украл всё, что можно и всё, что нельзя. В-третьих, Старая площадь большая, и он, очевидно, носит деньги Володину, но не носит Иванову в администрацию президента.

Далее Водзинский заявил, что из общения с Мироновым решил, что Миронов думал, что Пушкарёв будет убирать николаевских и дарькинских, а он с ними, полагаю, спелся. На взгляд Водзинского, пока Пушкарёв финансирует «Справедливую Россию», по его мнению, которая никакая не оппозиция, его терпят.

Далее Водзинский и присутствовавший на семинаре бывший прокурор Владивостока, договорились о том, что Мельников пробъёт тему по сведениям о злоупотреблении Пушкарёва в прокуратуре.

Я и Александр Сухаренко над этими действиями откровенно посмеялись. На это Мельников пояснил:

– Это кажется, что пошёл, сдал, всё решилось. Часто так не бывает.

– Часто денежку получил?..

– Там ситуация парадоксальная. Всё не так, что «Пушкарёв взяточник, но надо взяточника спасти». Далеко не так! Есть решение арбитражного суда, над которым бились. Борьба – это не коррупция сегодня, это не как 20 лет назад. То решение арбитражного суда, человек с юридическим образованием скажет, что оно правильное (речь идёт о решениях, по которым мэрия не смогла ничего сделать с николаевскими фирмами, захватившими городскую недвижимость).

– А вы фамилии судей арбитража назовите.

Мельников:

– Не надо думать, что на той стороне сидят заскорузлые люди без понимания ситуации.

Водзинский:

– Если вас так интересует, кто кому что даёт, там немножко по-другому всё происходит. Ничего в конвертах не дают. Существуют взаимозачёты – ты мне, я – тебе. Есть полномочия главы, он может, например, выписать прокурору квартиру, а прокурор не заметит чего-то. И — выдал квартиру не ветерану, а прокурору. А по судьям. Они выносят решения...

– Назовите фамилии судей.

Номоконов:

– Понятно, «АВ» ведут рейтинги самых глупых, самых умных решений.

В общем, и так на семинаре сказали лишнего, поэтому, я думаю, быстро пустили студентку юрфака, которая рассказала о рейдерстве. Из интересного, она отметила, что сейчас рейдеры переключились с крупного на средний бизнес.

Юрий Мельников задал вопрос:

– Кто заинтересован в рейдерских захватах?

Девушка пустилась рассуждать, что с одной стороны – рейдеры, которые профессионально занимаются этим, второе – есть и коррупционная составляющая.

Мельников:

– Говорят есть отвратительный чиновник, а бизнес здесь ни при чём. Это бизнесмены грызутся.

Как только бывший прокурор решил всё перевалить на бизнес (хотя мы знаем, что в рейдерстве нередко обвиняют и прокуратуру), я вынуждена была вступиться за предпринимателей.

– По «ОГАТу» (рейдерский захват, который закончился убийством Игоря Оганесяна, коммерческого директора фирмы «ОГАТ»), там фигурировал сын судьи …

– Это вы о коррупционной составляющей...

– Там побочного бизнеса, который бы грызся, не было.

Александр Сухаренко вспомнил другую разборку:

– Есть сведения, что в СИЗО пытались убить небезызвестного Расторгуева, директора рынка, это квалифицируют, как самоубийство. В Уссурийске появился баннер, что «Президент, спаси предпринимателей...». Расторуева взяли за убийство, по которому истекает срок давности. Многие это связивают с переделом Уссурийского рынка.

Номоконов:

– Это выдаётся, как новый этап декриминализации.

Сухаренко:

– Представитель таможни (Бров, – прим. авт), вы, наверное слышали информацию о том, как два ваших подчинённых 24-летнего свидетеля избивали в своём кабинете. Я в шоке был!

Бров:

– Я знаю этих сотрудников и негативно оцениваю такое. Вы не знаете того человека, который является одним из распростронителей сильнодействующих веществ. Безусловно, это не красит никакой правоохранительный орган, никаких давлений не имеем права оказывать. Я работал в Первомайском РОВД, мне не приходилось поднимать руку, как следователь я употреблял психологическое давление, добивался признаний даже в том, что они не совершали. Противостоять преступнику не всегда хватает силы воли у тех людей, которые раскрывают преступления.

На весь Дальневосточный округ 8 человек работают в оперативной таможне по наркотикам. Конечно, плохо. Не красит. Ну, извиняюсь, это нормальные методы любой криминальной полиции.

– Из-за таких реальных методов виновные, реально виновные люди, такие как Береговский, бегают по газетам, говорят: «Я такой несчастный, меня избили». Я верю, что его избили, но он виноват, есть приговор, я писала на эту тему.

Бров:

– Я их осуждаю, они действовали правильно, но допустили непрофессионализм.

– Считаю, они допустили преступление и должны сидеть за это.

Бров:

– Оно связано с тем, что недостаточно профессионально они были готовы работать с такой категорией людей. Я видел, как обвиняемые откусывают себе языки, вскрывают вены…

– Одному нашему журналисту сотрудники ОРЧ признавались: «Пытали, пытаем и будем пытать».

Бров:

– Они же не в своих интересах.

– Если есть железные доказательства, что человека избивали, это – отмена приговора.

Бров:

– За 35 лет практической работы в правоохранении не видел лично применение явного и неадекватного насилия. У меня был случай, когда мы знакомили обвиняемого с уголовным делом. Открываем уголовное дело, обвиняемый схватил листы с доказательствами и стал жевать, а там только адвокат и я. Но это явилось прекраснейшем доказательством его вины, потому что я грамотно это задокументировал. Мне достаточно было этого доказательства.

На этой радужной ноте семинар завершили. Впрочем, расходились с такими лицами, что сказали что-то лишнее.

Фото Анастасии Поповой.

Еще в рубрике «Экономика»

Введение менеджмента качества в компаниях Казахстана Новостройки Москвы и Московской области: а вы, уже выбрали идеальную квартиру? Частные владения от госпожи Соколовой 25-этажный дом вместо детского садика Дело-труба: о торговой системе Тритикс Что такое бинарные опционы? В чем заключается их суть? ВГУЭС переходит в частные руки? Ошибка депутата: Геннадий Лазарев обнажил проблемы «Восточной верфи» в неудачный для себя период? Комплекс новый – подход старый Где родился – не пригодился… Для покупки складского оборудования во Владивостоке обращайтесь в компанию «Владсклад» О Ciclex отзывы: выгодно ли быть пользователем системы Займ на электронный кошелек ЮMoney Выгодная покупка каркасных домов во Владивостоке и в Приморском крае в компании «Инвест Билдинг –М» в соответствии с программами сельской и Дальневосточной ипотеки
НАВИГАЦИЯ
ВАШЕ МНЕНИЕ

Если завтра внезапно рухнет путинизм, куда бы вы хотели развернуть Россию?

Всего проголосовало
27 человек
Прошлые опросы

Наши проекты

Издательский Дом "Водолей" - купить книгу или заказать издание своей

Суды и выборы - информационный сайт о выборах в Приморье с 1991 года