Арсеньевские вести - газета Приморского края Книги от издательского дома Водолей
архив выпусков
 № 45 (973) от 8 ноября 2011  
перейти на текущий
Обложка АрхивКонтакты Поиск
Почтовый индекс по России: 15543Online подписка на Арсеньевские вести
ЗАЩИТА ПРАВ

Карательные методы полиции?

Наталья ФОНИНА

НЕУЛОВИМЫЕ ПОЛИЦЕЙСКИЕ-ПЫТОЧНИКИ
«Сотрудники правоохранительных органов приковали меня наручниками к батарее и избивали до тех пор, пока я мог владеть своим телом. От меня требовали одного: сознаться в убийстве, – рассказывает Д. Соколов. – После нескольких сильных ударов по голове я потерял сознание.

Я не знаю, сколько прошло времени. В чувство меня привели оперативники. И тут же пригрозили страшной участью получить инвалидность или сгинуть с лица земли в случае, если я кому-либо пожалуюсь».

Все происходило почему-то без присутствия адвоката. Д. Соколов рискнул обратиться с жалобами. Но на все его жалобы приходят отписки об отказе в возбуждении уголовного дела.

КАК ПРОВОДЯТ ПРОВЕРКИ?

В прошлых номерах «АВ» мы писали о судебных процессах по делу братьев Соболевых. В редакцию «АВ» пришло письмо из прокуратуры. В нем нас уведомили, что после публикаций о пытках начались проверки в отношении сотрудников ОРЧ-4.

Прошло десять дней. Никого из героев публикаций и участников процесса не опросили. И я решила выяснить результаты проверки. Из прокуратуры Приморского края меня отправили в следственное управление по ПК. А.В. Гетмана, за подписью которого пришло письмо, на месте не оказалось. Из соседнего кабинета я услышала:

– Что вы хотели?

– Поговорить с Антоном Владимировичем Гетманом.

– Зачем он вам нужен и кто вы? – настороженно спросил мой собеседник, не представившись.

– Автор публикаций о процессе по делу Соболевых. Хочу узнать о результатах проверки.

– Почему вы решили, что мы вам о чем-то скажем. Идите в прокуратуру, – недовольно возразил собеседник.

– Из прокуратуры меня отправили к вам. И на одном из писем от прокуратуры указано, что заниматься проверкой поручено Следственному Управлению по Приморскому краю.

– А чем вы недовольны?

– Я хочу узнать о том, как проходит проверка, почему никого не опрашивали.

– А зачем нам опрашивать кого-то, мы можем просто сделать выводы из вашего заявления (то есть публикации)?

– Хочу узнать, какие сделали выводы? (Хотя в публикации я просила провести именно проверку).

Явно раздраженный сотрудник прокуратуры начал объяснять, в какой кабинет мне нужно обратиться.

Наконец он, видимо, решил завершить наш разговор:

– А вообще-то зачем вы пришли сюда, ждали бы письменного ответа. И как вы зашли в здание?

– Как все – через дверь, в прокуратуре объяснили, как к вам зайти. Не дождалась ответа, потому и пришла. Сроки для проведения проверки вышли.

– Вы можете обжаловать постановление.

Вообще-то, прежде, чем обжаловать, мне нужно его получить.

– Я могу не только обжаловать его, но и жаловаться на отсутствие проведения проверки, потому что ее не проводили.

Именно это я и сделала.

Кстати, в канцелярии регистрационного номера письма, отправленного в Следственное управление из прокуратуры, не оказалось.

УГРОЗЫ СОТРУДНИКОВ ОРЧ

Судебные заседания по делу Соболевых завершились. Братьев приговорили к двадцати трем годам лишения свободы.

Виктор Соболев настаивает на том, что никого не убивал:

«Я никогда не думал, что настанет такой момент в моей жизни, когда меня объявят убийцей. Но так случилось. Я оказался на скамье подсудимых.

Меня обвиняют в убийстве и угоне микроавтобуса. Но я этого не совершал».

Незадолго до вынесения приговора произошел инцендент.

Во время перерыва между судебными заседаниями к Виктору подошел сотрудник ОРЧ-4 Алексей Кудашов и еще один из оперативников.

В этот же день Виктор Соболев написал заявление в краевой суд и силовые структуры.

ЗАЯВЛЕНИЕ: «Я НЕ СОБИРАЮСЬ УМИРАТЬ

Я, Соболев Виктор Викторович, прошу, чтобы в случае посягательства на мою жизнь или здоровье понесли ответственность сотрудники полиции А. Кудашов и Александр (фамилии не знаю). 28 октября 2011 года в здании краевого суда, где меня сопровождал конвой, эти двое сотрудников ОРЧ подошли ко мне. Кудашов сказал:

– Ну что, убедился, я же говорил тебе, что у нас все схвачено. И 24 года срока – это малое, что с тобою может приключиться. Запомни, ты доживешь только до приговора. Мы говорили тебе, что с нами нужно жить дружно.

Его спутник Александр подтвердил, что моя участь – умереть. Поэтому в случае моей внезапной и преждевременной смерти я прошу винить вышеуказанных лиц. Я не собираюсь покончить жизнь добровольно.

Я невиновен и буду доказывать свою непричастность к преступлениям, в которых меня обвинили. Я считаю, что это и так очевидно из того, что у меня есть алиби и показания свидетелей, которые говорили о том, что ко мне применяли пытки.

Сотрудники ОРЧ-4 Д. Хан, А. Кудашов, А. Тейхреб, Елистратов заставили меня оговорить себя и написать «чистосердечное признание». Это заявление написано 28 октября 2011 года после угроз А. Кудашова и Александра.

Заявление передаю адвокату Нине Алексеевне Пожетновой.

Виктор Соболев».

В БЕШЕНОЙ ГОНКЕ ЗА ПОКАЗАТЕЛЯМИ

Обратившихся в редакцию «АВ» по поводу пыток в полиции множество.

В адвокатской практике заявлений от подзащитных о том, что их пытали оперативники – не счесть. Потерпевшие обращаются с заявлениями в прокуратуру. Но получают ответ об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении оперативников. Если жалоб много, то почему прокуратура и следственное управление не проводят надлежащих проверок?

Для чего мы кормим полицию? В бешеной гонке за показателями все чаще за решеткой оказываются ни в чем не повинные люди.

Прошу прокуратуру Приморского края и Генеральную прокуратуру провести проверку по факту пыток подозреваемых.


Наталья ФОНИНА, рис. Виктора Богорада


Другие статьи номера в рубрике Защита прав:

Разделы сайта
Политика Экономика Защита прав Новости Посиделки Вселенная Земля-кормилица



Rambler's Top100