фото

Председатель Законодательного собрания ПК Виктор Горчаков на встрече с журналистами заметил, что администрация Владивостока требовала разрешить им гасить проигранные по судам обязательства за счет средств, собираемых на капремонты. Проехался он также по коммунистам, ЛДПР, ТОРам и проекту «Свободный порт Владивосток». Начал Горчаков со взрыва непонятной бомбы в Северной Корее. Он отметил, что это также важно, как падение цены на нефть.

– Второй фактор (после бомбы, – прим. авт) — это падение цены на нефть. Будем надеяться, что рано или поздно оно прекратится, и станет ясно, что народ находится без нефти, и хорошо ему жить и зимой и летом.

А что касается испытания оружия в республике КНДР... Наверно, был День рождения руководителя, хотели как-то отличиться подчиненные. Надо было что-то взорвать. Была ли это водородная бомба — большой вопрос.

Требуется время, чтобы эксперты разных стран высказали свои суждения. Взрыв был подземный, газы все равно выйдут наверх, скоро станет ясно, каковы продукты выброса.

По оценкам западных экспертов, устройство было небольшой мощности и мало похоже на водородную бомбу. Но от этого не легче — руководство КНДР, вопреки сложившемуся общественному мнению, реализует свою стратегию. А, учитывая нашу близость, независимо от их помыслов, мы можем быть объектом, пострадавшим напрямую. Нас это касается.

...Что касается падения рубля и последствий этого, пока трудно об этом говорить. Я думаю, мы услышим оценки на форуме в Москве. В конце месяца мы утвердили «проект» бюджета. Я сознательно сказал «проект», потому что мы будем возвращаться к нему, если будут реализованы рекомендации правительства о 10% сокращении бюджетных расходов. Статьи, связанные с социальными расходами урезаны не будут.

Также обсуждался скорбный вопрос, правда, он уже не такой острый, — это строительство гостиниц. Это всех занимает. Работы на Набережной уже начаты. Скажу честно, депутаты с трудом голосовали за корректировку бюджета по гостиницам. Нас критиковали и, наверное, справедливо. Но, раз мы решение приняли, сядем на жесткий контроль по доведению этого объекта до конца.

– Возможно, в ближайшее время, будут проводиться корректировки бюджета. По каким отраслям?

– Я не говорил, что в ближайшее время. Определяться корректировки будут общей ситуацией в стране. Мы пока эту тему не обсуждали. Мы понимаем, что есть расходы, по которым будет сокращение. Не хочу их называть вслух и рождать преждевременную панику. Сейчас для нас важно, что мы пытаемся вместе с налоговой службой проанализировать, в чем причина такого большого недобора за прошлый год — два с лишним миллиарда рублей. Этот вопрос очень важен, потому что создаются две новые экономические структуры. Я имею в виду ТОРы и «Свободный порт Владивосток». Для них предусмотрены льготы. Возникает беспокойство, а не приведет ли это к существенному снижению доходной части бюджета.

– Вчера генпрокурор озвучил статистику — у нас резко выросло количество преступлений, особенно, мелких краж, в связи с бедностью в стране. У меня есть данные, что за девять месяцев выросло количество преступлений со стороны мигрантов. Постоянно сокращается полиция. Какая политика Заксобрания в плане укрепления правоохранительной системы. Как вы будете нас защищать?

– Полиция является федеральной структурой. Есть ряд вопросов, который выпал из поля зрения полиции. Предлагается заключать договоры между органами власти субъекта и УВД для выполнения совместных акций. Это связано с административными правонарушениями. У нас прошла серия переговоров. Были предложения — создать собственную милицию. Я не считаю, что это лучший выход. Повышение квалификации работников полиции решит вопрос.

– Какие важные законопроекты по рыбной отрасли планируется принять во время весенней сессии?

Второй вопрос — коренным малочисленным народам приходится использовать сторонние организации. Какие изменения планируется внести в закон «О КМН»?

– Закон недавно принят, мы не намереваемся что-то менять. Масштабы квот определяются такими вещами... Скажу грубо – рыба пришла или не пришла. Тигр вышел или не вышел. Это решает администрация в текущей жизни. В разных районах нормы оказались разные. Вопросы требуют оперативного разрешения. Сложный вопрос с заповедной зоной Бикин. Там были беспокойства представителей малых народностей. По рыболовству. Мы ожидаем решений, которые примут федеральные службы.

– В этом году были ли законопректы, которые предлагались, обсуждались, но не были приняты?

– У нас разные были ситуации. Вопрос, связанный с научно-техническим прогрессом и инновационной деятельностью. Мы эту тему не оставили — мы к ней вернемся. Было несколько предложений, которые мы посчитали преждевременными.

– Много сообщений по поводу проблем с дровами в Приморском крае...

– Эту тему мы обсуждаем уже 10 лет. Формально – приняты все нормативные акты. Речь идет об исполнении на местах. Есть процедура наведения порядка в лесохозяйстве. Должна быть проведена инвентаризация леса. Я курирую Шкотовский район, там лесоучетные работы не проведены. Значит, по закону, рубить ничего нельзя. Здесь начинаются хитрости — дайте нам много денег, мы проведем эти работы, тогда все начнут все рубить.

– Вопрос по поводу запрета вырубки липы... Пчеловоды просят.

– Липа — такой же вопрос, как дрова. Мы по ней получаем отказы. Там есть тонкости — предложено было липу на территорию Приморского края внести в Красную книгу, оказывается, Красная книга — вещь опасная. Если вид в нее внесен, ничего в лесном массиве делать нельзя. Возникает абсолютное ограничение. Лесники убедили нас еще раз обратиться добиться запрета. Занимается этим комитет во главе с Зотовым. В Чугуевском районе был скандал – жители обнаружили большие заготовки качественного леса липы для продажи за рубеж.

– Наш президент пожалел городок на Украине. Нет ли планов в Приморье заменить дерево газом? Что ж валить этот элитный лес?

– Идея газификации края возникла, когда мы готовились к АТЭС, с деньгами было получше. И у «Газпрома» была ситуация лучшей. Сейчас у «Газпрома» ситуация не такая, чтобы он мог пойти на серьезные траты. Вопрос о газификации стоит один из первых. От газификации мы уйти не можем. На этот вопрос замыкается ряд проектов по Находке, например. Но липу, кстати, рубили не на дрова, а на продажу.

– Губернатор предположил, что ситуация в Заксобрании после выборов изменится на 50%. А на ваш, субъективный, взгляд?

– На этот вопрос не просто ответить. Я так скажу: процентов 50 депутатов признали, что собираются идти на выборы, но есть скрытая ситуация. У нас Заксобрание избиралось уже несколько раз. «ЕР» проводит новую технологию праймериза. Я считаю, разумная смена депутатов — процентов 30-40. Были предложения на 90% всех поменять. Практика работы показала, что за прошлый созыв и этот созыв сформировался определенный депутатский костяк. Ужесточились антикоррупционные требования. Это должен учитывать всякий, кто будет принимать решение стать депутатом. К нам были требования от прокуратуры. Не секрет, что часть депутатов занимается бизнесом. Нужно было передать полномочия в деятельное управление. Прокуратуре показалось, что это было сделано не до конца или не точно. Мы разбирались через Генпрокуратуру. Степень засвеченности депутата усилилась. Захочет ли человек стать депутатом?

– Много лет существуют решения судов, проигранные муниципалитетами на миллионы и миллиарды. Зачем, в очередной раз, тратить деньги на гостиницы «Хаятт», когда есть обязательства, и их надо погашать. Муниципалитеты не всегда имеют на это средства...

– Я бы не стал ввязывать сюда без нужды «Хаятты». Речь идет о бюджетах муниципальных. И суды обязывают муниципальную власть решать вопросы. Путь, по которому можно пойти, — использовать программу переселения из аварийного жилья. Эта схема, которая используется в разных местах... Наша трагедия в том, что на протяжении многих лет ни ремонтом, ни строительством жилья всерьез не занимались. Все занимались политикой. Поэтому суды принимают такие решения. Владивосток, кстати, выходил с предложением в Заксобрание. Сформирован фонд ремонта многоквартирных домов на деньги вкладчиков. Они предложили выполнять решения суда за счет этих денег. Мы их не поддержали. Они на нас обиделись. Если появятся дополнительные средства, может, будет принято решение использовать деньги краевые. Но, я не думаю, что они появятся.

– Сколько должен Владивосток?

– Я не могу сказать. С ремонтом многоквартирных домов вопрос деликатный. Не до конца объясняется, что относится к текущему и капитальному ремонту. Второй вопрос — профессионализм тех, кто выполняет работы.

– Более 5000 обращений граждан поступило к депутатам. С вашей точки зрения, хорошо это или плохо и как это говорит о степени доверия населения к способности депутатов решать те или иные проблемы, которые должны решать местные власти и коммунальные предприятия? Для коллег: по-моему, 7 миллиардов — задолженность Владивостока по решению судов.

– Число писем примерно одинаково всегда. Когда депутат работает на местности, к нему обращаются с разными вопросами. И депутат очень редко отказывает. Мало жалоб на депутатов, что они говорят: «Это не мой вопрос. Это вопрос местной власти». Депутат работает с теми вопросами, которые поступают. Другое дело, в состоянии ли он повлиять на местную власть. Вопросы, связанные с дорогами, предполагается, должны решать местные власти.

– В новых экономических условиях будет ли сложнее вам и вашим коллегам в очередной созыв. И как вы оцениваете настроение избирателей — стало ли больше неудобных вопросов, больше критики?

– Да. Выбор будет сложнее. Народ в вопросах не стеснялся никогда. Вопросы лежат наверху, связаны они с ростом тарифов, с ростом цен. Сложнее будет, это несомненно.

– Губернатор объявил третье свое «Иду на вы». Надо менять и элиту. Правильно ли менять директоров департаментов, вице-губернаторов, элита – это же не только чиновники?

– Мне бы не хотелось этот сюжет комментировать. Я знаю, о чем говорил губернатор. Он призывает людей, которые вовлечены в политическую деятельность. Рассматривать смену элиты, как способ заменить одних людей на других... Можно, конечно, и так. Мы наблюдали смену элиты в 1991 году. Я нанаблюдался. Я не хочу говорить о том, кем они стали после смены элиты. Вовлечение более широких слоев в общественную деятельность я принимаю. Просто так объявить замену одних на других — дело непростое. Есть такая штука — преемственность поколений. И опыт вбирания знания и профессионализма предыдущих поколений. Есть и другое, крайнее проявление. Мы помним движение хунвейбинов в Китае. Я хочу сказать, сам по себе лозунг смены одного поколения на другое не очень безопасный.

– Вы считаете адекватной ситуацию, что Путин сидит в органах власти уже 16 лет?

– Это не только ко мне, но и к вам вопрос, когда его избирали президентом. Если вы в состоянии создать возможность формирование другого кандидата, и он победит на выборах...

– То есть, ситуация не адекватная, но надо сделать что-то, чтобы наконец-то Путин ушел?

– Я понимаю подтекст вашего вопроса и не хочу пускаться в дискуссии. Были выборы президента. Он исполняет свои обязанности...

– А хорошо он исполняет обязанности?

– Не худшим образом. Мы наблюдаем исполнение обязанностей других руководителей и тех, кто предшествовал ему. Я считаю, это не худший вариант.

– На Русском вы проводили заседание ассоциации выпускников, посвященное «Свободному порту Владивосток». Что это за проект?

– Всем было интересно, что такое «Свободный порт Владивосток». Закон начал работать с октября, в полной мере мы можем заниматься критикой этого закона в октябре следующего года. 25 декабря меня пригласили на заседание Совета Федерации. Было много вопросов. Выступить мне там не дали, но шесть страниц текста я им отдал. Что нас беспокоило? Высказали мнение наши местные предприниматели, уже работающие здесь. Они спросили: «А мы как?» Каким образом учесть интересы бизнеса, который уже есть. Было решено, что они должны создавать новые предприятия и проходить перерегистрацию. Это не очень активно было встречено бизнесом, особенно, зарубежным — они гордятся своей историей, используют ее как актив.

Что касается режима восьмидневного безвизового пребывания. Должна быть структура, которая обеспечит въезд и информирование. Эти структуры есть, но они не так быстро работают, как хотелось бы.

Много интересующихся бизнесменов, они хотят въехать, посмотреть. В ДВФУ есть страницы сайта на японском языке, некоторые страницы в Японии очень популярны. Есть крупный бизнес, у которого существуют представительства, а есть малый бизнес, его представителям интересно, что у нас происходит. Второй вопрос — как, ожидая прихода иностранных инвесторов, не отпугнуть свой, действующий бизнес. Я думаю льготы, должны распространяться и на них.

– Во Владивосток переехало консульство Северной Кореи.

– Длится эта история лет десять — долго обсуждали варианты. Надо сказать, они приобрели неплохой участок. Общий настрой – на развитие отношений.

– Вопрос по долгам по зарплате «Бора» и «Радиоприбора». Как вы можете это оценить?

– «Бор», я думаю, выйдет из положения — они одно предприятие называют другим и переведут в него людей. Немножко хуже с «Радиоприбором» — завод оказался между двумя хозяевами. Это следствие перестройки прошлого года, связанное с исполнением оборонного заказа. Неприятная история — было одно из нормально работающих предприятий. Не могу сказать, какое будущее у «Радиоприбора» — здесь должно быть московское решение.

– Как вы характеризуете ситуацию с долгами по зарплате в регионе. И планируется ли принимать какие-то меры, чтобы ее выправить?

– Это затронуло целый ряд предприятий, потому что значительно уменьшилась прибыль. Я считаю, что владельцы предприятий заслуживают более жесткого отношения к себе. Но владельцы сидят за границей. Их трудно достать. Когда шла приватизация по дешевке — это одна история, а когда стало нужно платить зарплату — это другая история.

– Вопрос про «Хаятты». Какие санкции депутаты могут применить к тому, кто строит «Хаятты»?

– Если мы обнаружим, что нас в очередной раз обманывают, мы обратимся в полицию. Можем поставить под сомнение необходимость дальнейшего финансирования. А что касается полного контроля, мы будем делать выездное заседание комитета по экономической политике. Есть способы технического, депутатского, общественного контроля. Я думаю, что этот объект уже на контроле прокуратуры и ФСБ.

– Когда мы в редакции подводили итоги, отметили, что значительно возрос интерес аудитории к политическим новостям. Высказывается критика в адрес сложившейся ситуации. Экономические проблемы дают политические требования. Владивосток назвали одним из самых протестных городов страны. Ожидаете ли вы рост политической активности и протестных настроений в сентябре?

– Что касается настроений, это находится в центре внимания, особенно, у департамента внутренней политики. Неправильное слово «ожидаем». Мы не ожидаем — мы не хотим, чтобы были выступления. Но они будут. Они будут спровоцированы протестными партиями, тут даже сомнений нет. Мы знаем работу, которую они ведут сейчас.

Будут попытки поднять людей. Наверное, это правильный шаг. Политическая борьба — есть борьба. Рекомендовать кому-то вести себя по-другому... Речь идет о том, нарушается закон или не нарушается.

– Как вы можете оценить настроения?

– Сегодня настроение у всех хорошее — старый Новый год.

– Оппозиция получила блокирующий пакет в Заксобрании, правда, ни разу этим не воспользовалась. Ваши прогнозы на успех оппозиции на этих выборах. Хотелось бы спросить об эффективности оппозиции.

– Блокирующего пакета у них не было. Контрольный пакет был у «ЕР» — 21 голос. Мы вели работу с КПРФ, достигли определенных результатов, у них из девяти осталось шесть депутатов. Даже, не шесть, а пять. Остальных мы адаптировали, вовлекли в свои дела. Мы с ними активно работаем.

– Назовите фамилии тех, кто перестал быть оппозицией, кого вы вовлекли?

– Дискусар, Колотова и, фактически, хотя у него сложное положение, – Бочарова. И колеблющегося не буду выдавать. Что касается работы с оппозицией. ЛДПР — оппозиция, или не оппозиция... Характер работы от прошлого созыва отличается. В прошлом созыве было большинство единороссов, и мы не сильно заботились о делах... Не то, что мы вели себя грубо, нахально, но были уверены в успехе. Сейчас мы относимся очень осторожно к принятию каждого закона. Фракции ЛДПР и КПРФ имеют жесткие указания из Москвы по всем бюджетным делам голосовать против. Независимо от того — разумно это, или не разумно. Такова у них дисциплина, и они ее соблюдают.

Что касается «СР», я не знаю, есть ли у них такое указание, они — то так, то так. По вопросам, связанным с образованием и сельским хозяйством у нас общая позиция. У нас расхождения по бюджетным делам.

Очень привлекательные тезисы высказывают представители КПРФ о том, сколько денег надо отдать на одну или другую социальную нужду. Звучит очень симпатично. В этом смысле представители единороссов выглядят непривлекательно. Жмутся, а потом еще и тратят на «Хаятты».

Что касается их шансов, это будет определяться по-своему. Что касается 2011 года, это была не победа оппозиции. Это было поражение организационных усилий «ЕР» по Владивостоку, мы выставили фигуры, которые с самого начала вызывали сомнения. Я думаю, что в основном будет работать КПРФ и «СР» по Владивостоку.

От автора

У меня сложилось впечатление, что коллеги не до конца понимают, насколько тяжелым будет 2016 год. При этом, как мне показалось, Горчаков это сознает хорошо.

Очень хорошо председатель Приморского парламента понимает в термоядерном синтезе и ситуации с бомбой, но «не знает», сколько должен Владивосток (это был, кстати, мой вопрос, как и про ситуацию с проигранными судами). Семь миллиардов — это сумма, эквивалентная годовому бюджету города.

Очевидно, что мэрия не сможет погасить свои обязательства по проигранным судам. А ведь это означает, что краевые депутаты наплевали на нужды граждан, выигравших суды.

Не надо забывать и то, что очевидно и Горчакову и коллегам — народные волнения будут. У меня вызывает панику, что ЗакС скрывает, какие статьи в бюджете будут урезаны, чтобы избежать паники. По поводу ТОРов и проекта «Свободный порт Владивосток» хорошо сказал. Видимо, Горчакову не дали выступить на заседании Совета Федерации, потому что проекты нанесут и бюджету, и бизнесу большой вред, и в ЗакСе это понимают.

По поводу увеличения полиции полностью согласна с Горчаковым.

Во-первых, это реально не их ведомство, это вопрос федеральной власти. Я помню, коммунист, депутат Заксобрания Владимир Беспалов говорил, что у федерального бюджета перед нами нет обязательств, кроме финансирования силовых структур и суда. Давайте, еще это на местный бюджет перевалим?

Во-вторых, нет более дурацкого способа бороться с бедностью, чем увеличивать финансирование полиции. Понравился ответ на вопрос про сентябрьские выборы. Я поняла, что в сентябре для оппозиции вполне реально получить блокирующий пакет в Заксобрании. Поэтому голосуйте, записывайтесь наблюдателями. КПРФ, ЛДПР или «СР» – не прогадаете, так как, Горчаков говорит, что во всех этих партиях за принятие бюджета с «Хаяттами» не голосуют.

По поводу проблем с дровами. Очень важный вопрос. Надо отменять ограничения на вырубку, потому что, когда муниципалитет не может провести необходимые работы и разрешить вырубку (а я уверена, что у Шкотовского района, как и у многих других, действительно, нет на это денег), люди будут мерзнуть. Для меня важнее люди, чем деревья.

По поводу смены элит. Горчаков – опытный политический волк, конечно, он не хочет, чтобы его меняли. Но... изменить курс возможно только поменяв людей. Это надо осознавать. Иначе в районах у нас будут вечно мерзнуть без дров, а миллиарды будут кидаться на «Хаятты».

Считаю, неправда, что у края есть какие-то обязательства по достройке «Хаяттов». Край выделил деньги. Этим он свои обязательства перед федеральной властью погасил. Искать, кто украл деньги — дело федеральных структур. Полиции, прокуратуры, ФСБ.

По поводу Путина (это мои вопросы). Я думаю, Горчаков понимает: единственное, что реально сказать в оправдание Президента: «Можно работать и хуже». Боюсь, что в 2016 году этот тезис не будет ни для кого очевиден.

Анастасия Попова.

Фото vostok.media