Главная страница Защита прав Фэйсом об тэйбл и мордой в унитаз

Фэйсом об тэйбл и мордой в унитаз

23.11.2016
Сергей Мохнаткин

фото

Считаем, что деяние руководства Сегежской колонии против осужденного гражданского активиста И. Дадина является тяжким преступлением, совершенном на основе злоупотребления служебными полномочиями и превышением должностных обязанностей.

Случай с Дадиным, гражданским активистом, вышедшим на улицы Москвы целых 3 раза за один год одиночкой с плакатами, которые нельзя назвать ни серьезными антиправительственными лозунгами, ни настоящими плакатами, но которому полиция и суд додумали революционные призывы, в меру своей фантазии и страхов, является классическим апофеозным примером «радушной» встречи политзэка на севере Европейской России.

Во-первых, сам по себе, суд это еще не суд. Он устанавливает только сроки беспредела для осужденного с политоттенком (хотя бы). Подлинный суд устраивает СИЗО: для кого-то – из ненависти к богатым, из необходимости поправить и уровнять финансовые состояния, для кого-то – для постройки доказательной базы, которой нет совершенно, даже мнимой, для кого-то – из солидарности с потерпевшими, а для кого-то – по всем пунктам сразу. А затем уже по всей программе вступают в свою «работу» исправительные учреждения колоний любых типов, но не колонии-поселения. В последних много меньше ресурсов и возможностей для убийства и пыток осужденных и выход из них трупов и серьезных калек почти отсутствует – я что-то не знаю таких случаев.

Любая статья за несогласие с властью, начиная с оскорбления ее величества представителя, не имеет своим следствием колонию-поселение. Для несогласных заключения начинаются с общего режима, как минимум. Для антиполитических – чиновников министерств и ведомств, топ-менеджеров госкорпораций, сотрудников и близких родственников, правоохранительных органов (чтобы они не натворили), надо очень постараться, чтобы попасть не в поселение, а хотя бы в колонию общего режима.

Во-вторых, большая масса действительно политических все таки хватается и осуждается прежде всего в Москве. И для политзаключенных нарушаются сразу все законы. Существует рекомендация Минюста, почти закон, который согласуется с мировой практикой: держать осужденных как можно ближе к дому, но политических это не касается. Рекомендации ФСИН для осужденных Москвичей – в 500 км от Москвы, раз уж в самой Москве колоний нет.

На территории в этих границах от Москвы найдутся с десяток областей и в разы больше колоний, куда можно было бы поместить осужденного активиста. Это фундаментальный закон пенитенциарных систем – держать осужденных поближе к дому, не разрывать социальных связей, наоборот, восстанавливать. Политических всё-таки не тысячи, а десятки, пусть сотни и, как правило, все первоходы.

Но ФСИН поступает прямо наоборот. Даже «болотники», ставшие известными всему миру, в большинстве случаев коренные москвичи, абсурдность обвинений которых в уголовном преступлении понятно даже самому дебилу, и те не все попали в этот полутысячный радиус.

Своим собственным судом ФСИН может задвинуть политзаключенных за тысячи км и даже в Сибирь (зато понаехавших ФСИН может оставить как раз в этом радиусе, хотя их отчий дом действительно далеко от Москвы). При этом ФСИН этим собственным судом, совершенно бесконтрольным и, действительно, политическим, убивает сразу несколько «зайцев» в своих сугубо незаконных интересах. Поэтому:

Во-первых, родственникам, адвокатам, правозащитникам действительно сложно контролировать положение осужденного. Дело даже не в деньгах, ФСИН умудряется засунуть в наиболее отдаленные места, в совершенно незаселенных территориях, куда не попасть прямым самолетным рейсом, а то и на поезде не просто добраться.

Полный вперед! Легендарные корабли середины XX века приведены в полную…

Во-вторых, что важнее, маленькие удаленные городки или селения – это замкнутые, интровертные общины, племя со своими порядками, законами и традициями, даже говор и слэнг у них могут отличаться не только от московских или иных регионов, но даже и от других таких же местечек в той же области (некоторые слова и выражения я, лично, здесь стал понимать не с первого раза, по ситуации. По ситуации также местные порядки и традиции, что и подводит. Думал, что прежний опыт более менее достаточен для понимания ситуации, ан нет).

Чем дальше от Москвы, тем выше уровень беспредела, но не для всех осужденных, а для политических особенно. Местечковая власть, – от сотрудников зон и СИЗО до судов, настолько хорошо выделяет политзаключенных от других зэков, что делает это даже лучше правозащитников и независимых общественных активистов. Тем более на базе фундаментальной местечковой ненависти к Москве, но не к своему начальству, ради которого готовы жизнь отдать. А ко всем, кто против него выступает,– ко всем этим антиправительственным элементам у них совершенно особое, эксклюзивное отношение.

Любой самый тяжкий преступник – свой для любой администрации СИЗО или ИК, и чем дальше, тем больше. Это закон, который доказывается легко также и методом от обратного: Лебедев политический наоборот, не просто сливший лидеров Левого фронта Удальцова и Развозжаева и элементарно утопивший их в угоду следствию, не только не был отправлен в колонию из СИЗО, а вольготно отсидел в той же «Бутырке» на какой-то блатной должности в хозобслуге и успешно вышел досрочно.

Такая же возможность была и у Дадина: остался бы в Бутырке, имел бы шансы выйти по УДО. Но он был отправлен в колонию, буквально через пару месяцев после вступления обвинительного приговора в силу. Ни у следствия, ни у администрации СИЗО нет особых оснований для пыток, избиений и прочих наездов, даже для каких-нибудь выговоров и прочих наветов для отрицательных характеристик в суд по УДО. Поэтому обычные заключенные в СИЗО даже ждут и рады как можно быстрее выехать в колонию, где им несравнимо легче и лучше. А вот политическим оставаться в изоляторе даже если на несколько лет, – выгоднее. И родные и близкие рядом, и правозащитные организации свои, а не чужие.

В царской России, кстати, политические никогда не содержались вместе с уголовниками. Вообще царская власть была несравненно демократичнее к своим оппонентам. Например, Вера Засулич была оправдана царским судом, несмотря на очевидность ее стрельбы в генерал-губернатора Санкт-Петербурга.

А у нас в Ханты-Мансийске не успел суд вынести обвинительный приговор подсудимому по убийству полутора полицейских, как он тут же был убит в СИЗО... Причем там правозащитники ни до, ни после не принимали абсолютно никаких мер. Разве это не политическое убийство? И чем лучше замена официальной смертной казни на неофициальную самосудом... и под прикрытием следствия и прокуратуры. Особенно по надзору за УФСИН. Из-за отсутствия рядом родственников, адвокатов и правозащитников всегда происходит беда.

В городках на уровне 100 000 населения и менее – одно МВД, прокуратура, следствие и суд, горбольница и скорая при них. Если и в крупных городах они объединены единой корпоративной заинтересованностью, то в мелких к этому добавляются и конкретные родственные связи: друг другу мужья, жены, братья, сестры и другие близкие родственники, в крайнем случае друзья по детскому саду и школе. А уж если поселения и вовсе мелкие, то и из одного дома, подъезда и даже квартиры, с одного огорода. И еще есть гражданские браки, для тех, кто не состоит в официальном. Любой иногородний, пошедший против власти, для них хуже иностранного агрессора, действительно предатель Родины, враг их местечка и личный враг, вставший им поперек горла. Причем остальные осужденные могут относиться к ним точно также. Так что любым, даже самым дурацким ФЗ здесь не пахнет. А про конституцию давно можно забыть даже тем, кто её принимал, иначе точно за иностранцев примут.

Все эти местечки, которые иначе как спаянной, дружной, единокровной мафией не назовешь, заранее готовы к приему любого иностранца, тем более политического или даже любого иного по антивластным статьям и экстремизму. Любой, по самым тяжким статьям, по убийствам, грабежу и т.д., если потерпевший простой гражданин – у них свой, в конце концов власть сама этим занимается. Большинство ОНК в регионах, уже точно (или иные «правозащитники») – также верные слуги и родственники властей и могут первыми заявить о преступности осужденных, если от тех вышла какая-нибудь информация о беспределе администрации.

Так было в Котласе, в Самаре, в других ставших известными случаях, когда я сидел в Торжке, в колонии под Тверью в прошлый раз, не успела приехать ТВ-группа от Максимовской, тогда еще работавшей на «РЕН-ТВ», как тут же понаехало местное ТВ, которое находилось, считаю, не просто под контролем у ФСБ, а под непосредственным его управлением. И местная уполномоченная не только открыто защищала разбойную региональную власть, но и обосновывала свою позицию письменным договором о дружбе, мире и сотрудничестве с местным УФСИНом. Хотя казалось зачем он нужен уполномоченному практически из центра. А местная представительница одной из известных правозащитных организаций, запросто получившая свидание со мной, битый час убеждала меня, что деяния администрации законны и обоснованы, а запросы найти хорошего адвоката и гарантии приличных денег ему и вовсе встретила агрессивно и злобно.

Все доказательства, свидетели, свидетельства и пр. и пр. самого гуманного и законного отношения к правозащитникам у этой мафии готовы задолго до поступления к ним политического по соответствующим сигналам из ФСИН, ФСБ и т.д. за месяц вперед. Так что, фэйс об асфальт полицией на площадях и улицах Москвы и в обезьянниках ОМВД плавно перетекает в фэйс об тейбл (в лучшем случае) и в падения в СИЗО со шконок, а после обвинительных приговоров – в унитаз. Сотрудники местечковых СИЗО и ИК, похоже, даже не знают, а на что еще унитазы могут пригодиться. Так что все свидетельства вплоть до медицинских, о самом лучшем и гуманном отношении к политическим, могут быть еще дополнены доказательствами грубых нарушений таким осужденным правил внутреннего распорядка, а то и готовыми доказательствами совершения ими новых уголовных преступлений. Заранее.

Для того, чтобы хоть как-то разорвать этот порочный круг надо:

1. Ввести законодательно требования содержать осужденных рядом с их домом, как можно ближе. Для Москвы, Петербурга, Екатеринбурга не дальше 20-100 км от места их проживания, законодательно запретить высылать москвичей далее Московской области. Для них всегда должно найтись местечко поблизости. А если его нет – все равно найтись. Отсутствие мест поблизости – это проблема государства и ФСИН, которую они должны решать, но не осужденных, их близких и не правозащитников. А тех, у кого дом, фактические родственники и друзья далеки от места суда и преступления, так же высылать к ним: чеченцев в Чечню, татар в Татарстан, таджиков в Таджикистан и без права возвращения до окончания судимости.

2. Ввести обязанность местных лечебных учреждений, ближайших к месту происшествия, осматривать пострадавших не позднее, чем час-полтора с момента получения травм и прочих издевательств.

3. Вывести наконец-то медработников из состава ФСИН в Минздрав РФ с сохранением льгот.

4. Законодательно закрепить исключительное право формирования ОНК старейшими правозащитными организациями России. Определить их не трудно по датам их первоначальной регистрации, рейтингу упоминания в средствах массовой информации, собственным СМИ, сайтам и печатной продукции. Пока они есть. С приглашением в участии виднейших международных правозащитных организаций.

5. Закрепить в законах запрет на любое участие в ОНК любых бывших или нынешних представителей не только силовых структур, но и любых государственных учреждений, а также их родственников. Пусть лучше в ОНК будут домохозяйки и дворники без опыта общественной работы, но абсолютно не связанные с государственными службами, чем заслуженные капитаны и подполковники любых родов войск, МЧС или госпенсионного фонда. Это должна быть не государственная организация.

6. Обеспечить права членов ОНК посещать места лишения свободы, любую их дыру и туалет, в любое время дня и ночи. И без какого-либо предупреждения.

7. Не ограничивать права ОНК только регионом их регистрации, а наоборот стимулировать перекрестные посещения ими колоний и СИЗО, а также ОВД и психбольниц в других регионах, в том числе для обмена опытом и взаимного контроля.

Что касается Дадина, то его надо вывезти не в соседние регионы, а не менее, чем в Питер и представить на суд действительно высококвалифицированных гражданских медиков и лечебных учреждений, абсолютно независимых от государства. Запротоколировать его показания под аудио и видеозапись лучше и тщательней любого следователя и дознавателя, затребовать от правоохранительных органов не просто разобраться, а возбудить уголовное дело по ст. 285, 286 и другим УК РФ (в том числе за фальсификацию доказательств, за ложные сведения и т.д.). Половины уголовного кодекса, в принципе, должно хватить для возбуждения этого уголовного дела.

Nota Bene: Случай с Дадиным надо использовать для серьезного наезда на власти: не успели засунуть в ИК, а его уже чуть не убили.

Сергей Мохнаткин, фото: novayagazeta-ug.ru.

Комментарии

Владимир 00:34, 29.11.2016
Я Титко Юрий Николаевич в интересах брата Титко Владимира Николаевича 15.12.1970 г.р. (инвалида, перенесших две тяжелейших операции на позвоночник) воспитывает трех несовершеннолетних детей. Титко Владимир Николаевич был незаконно выписан из квартиры как и его еще один брат Титко Сергей Николаевич. В квартире где Титко В.Н. и Титко С.Н.
( Москва Ярославское шоссе д.6 к.1 кв.111) проживает еще один брат Титко Дмитрий Николаевич (ранее судим, сменил фамилию на Росс)) который после смерти матери Титко Раисы Ивановны(она была ответственным квартиросъемщиком) без ведома и согласия Титко В.Н. и Титко С.Н. избрал себя ответственным квартиросъемщиком и заключил договор социального найма , так же без ведома и согласия Титко В.Н. и Титко С.Н. и потом на основании незаконного ( мы считаем поддельного ) договора социального найма выписал сначала Титко С.Н. и потом Титко В.Н. Ни тот ни другой даже не знали что в отношении их ведется судебное разбирательство. Титко Сергей Николаевич неоднократно обращался за помощью попасть в квартиру в которой он был прописан ,к сотрудникам полиции ОМВД Ярославский г. Москвы и так же неоднократно выезжали на данную квартиру, но им никто не открывал или посылали в матерной форме из-за закрытой двери. Так же Тико Сергей Николаевич систематически звонил в отдел полиции Ярославский и обращался за помощью. (зафиксированно документально) И дождавшись когда бездействие а возможно сговор и материальная заинтересованнность сотрудников полиции,участковых капитана Некрасова Д.В. (отказной материал),майор ТатымовД.И. (отказной материал) и конечно же предводитель начальник ОМВД Ярославский Верясов (отказной материал) привело к тому что Титко В.Н. и Титко С.Н. незаконно просто выкинули на улицу.
Мы обращались с заявлениями о возбуждении уголовного дела по ст.159 УК РФ (мошенничество) практически во все надзирающие органы в том числе и полицию, но все эти заявления были спущены в ОМВД Ярославский г. Москвы где и попали в "безду беззакония". Я неоднократно заявлял и что необходимо всего лишь в ходе доследственной проверки запросить договор социального найма и убедиться в его законности,подлинности и все! Но сотрудники полиции, участковые (капитан,майор и начальник -удивительно как они получили эти звания и должности!?) категорически не хотят даже запрашивать договор социального найма в рамках доследственной проверки а просто пишут отказники!
Получается что на территории ОМВД Ярославский г. Москвы творится беззаконие под покровительством начальника Верясова. К ним неоднократно обращался за помощью Титко С.Н. систематически звонил им и просил о разобраться, они реагировали но ничего не делали. А теперь когда бездействие а возможно и спланированная акция сотрудников полиции под руководством Верясова, привели к тому что их выписали и выкинули на улицу эти "офицеры" сейчас категорически делают все что бы уголовное дело по факту мошенничество не возбуждать . Это и есть та самая КОРРУПЦИЯ В ПОГОНАХ! НЕ ПРОФЕССИОНАЛИЗМ! А ВОЗМОЖНО И ОРГАНИЗОВАННАЯ ПРЕСТУПНАЯ ГРУППА В ПОГОНАХ!
МЫ ТРЕБУЕМ ПРОВЕСТИ СЛУЖЕБНУЮ ПРОВЕРКУ ДАННЫХ СОБЫТИЙ, ВЫЯВИТЬ НАРУШИТЕЛЕЙ ЗАКОНА! ПРИВЛЕЧЬ К АДМИНИСТРАТИВНОЙ А ПРИ НЕОБХОДИМОСТИ И ГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ!
НА ОСНОВАНИИ ЗАЯВЛЕНИЙ О ВОЗБУЖДЕНИИ УГОЛОВНОГО ДЕЛА ПО СТ.159 УК РФ ОТ ТИТКО В.Н. ТИТКО Ю.Н. В РАМКАХ ДОСЛЕДСТВЕННОЙ ПРОВЕРКИ ЗАПРОСИТЬ ДОГОВОР СОЦИАЛЬНОГО НАЙМА И УБЕДИТЬСЯ В ЕГО ПОДЛИННОСТИ И ЗАКОННОСТИ!

Добавить комментарий

:
:
:
НАВИГАЦИЯ
ВАШЕ МНЕНИЕ

Во Владивостоке появились два электробуса. Будущее наступило?

Всего проголосовало
13 человек
Прошлые опросы

▴ Открытый прямой эфир Дождя

Наши проекты

Издательский Дом "Водолей" - купить книгу или заказать издание своей

Суды и выборы - информационный сайт о выборах в Приморье с 1991 года