Главная страница Политика Карьера глубокого бурения

Карьера глубокого бурения

25.12.2013
Юрий Трифонов-Репин, председатель правления Приморского ОМОО «Мемориал».

фото

Сегодня немало мест, в которые нам следует ездить на поклонение, и смело назову одно из них – Николаевск-на-Амуре, хотя бы потому, что именно Владивосток своим появлением на свете обязан ему. Об этом я впервые услышал из уст тогда еще малоизвестного писателя Николая Задорнова, отца известного ныне сатирика Михаила Задорнова. В середине 60-х я вез его на машине до остановки «Комсомольская», где расположено Общество по изучению Амурского края. Там он собирал материалы для романов и в т.ч. «Битва за океан».

В этом романе он и описал, как генерал-губернатор Сибири Н.Н. Муравьев-Амурский после подписания договора с Китаем о разграничении границы по фарватерам рек Уссури и Амур, на паровой барже спустился вниз по течению до самого военного поста в устье Амура.

Так вот на акватории этого озера и произошла, как сейчас говорят «встреча без галстуков», где свою самоходную паровую баржу он использовал в роли плавучей гостиницы. На этом саммите присутствовали: сам Николай Николаевич Муравьев, адмирал Путятин – посол в Японии, В.И. Римский-Корсаков – командир клипера «Паллада», после своего кругосветного плавания, адмирал Завойко – губернатор Камчатки, майор Буссе – губернатор Сахалина, начштаба П.В. Казакевич, чьим именем до 1946 г. назывался остров Русский. Всего присутствовало более 40 человек.

Было принято два знаковых решения. Защитить все земли дальнероссийские от нападения англо-французской эскадры во главе с английским адмиралом Прайсом. Гарнизон крепости Петропавловска-на-Камчатке под командованием адмирала Завойко разгромил агрессоров, а адмирал Прайс застрелился.

По настоянию Г.И. Невельского было принято решение ходатайствовать перед царем о том, чтобы направить экспедицию на юг Приморья и найти залив или бухту Большого Трепанга, Золотой Рог и обосновать там форпост, иначе мы могли бы остаться у разбитого корыта.

Прошение в Питер должен был доставить пресс-секретарь адмирала Путятина, посла России в Японии, следуя из Николаевска через Охотск, Якутск и Иркутск.

Николаевск-на-Амуре для Дальнего Востока то же самое, что Севастополь на Черном море.

Об озере Чля (Туманное) Н.Н. Муравьев-Амурский сказал тогда, что и сто Байкалов не стоят этого сказочного, феерического озера. Двенадцать золотоносных речек, ручьев и ключей стекались в зто удивительное озеро Чля. О золоте генерал-губернатор и его гости не знали. Промышленная добыча золота здесь началась лишь в 1910 году.

Само озеро и впадающие в него речки и по сей день являются нерестилищами многих рыб.

В газете города Николаевска «Амурский лиман» в номере от 21 ноября 1915 г. было помещено следующее объявление: «Экспедиция английского капитана Скотта к Южному полюсу Земли.

В воскресенье 22 ноября 1915 г. в аудитории Николаевского народного дома участник экспедиции Дмитрий Гирев расскажет о своих впечатлениях, об экспедиции капитана Скотта к Южному полюсу Земли в 1911 – 1912 годах в должности проводника собак.

Начало в 6 часов пополудни. Вход бесплатный».

Проводник собак – каюр, dog man.

Вот этот самый человек и жил на берегу моего озера Чля. Занимался охотой и рыбалкой.

Антон Павлович Чехов во время переписи населения на Сахалине в 1890 году сделал запись в переписном листе. Дмитрий Семенович Гирев родился на Сахалине 1 июня 1889 года, крещен был 4 июня. Является незаконнорожденным сыном каторжанки Евдокии Семеновны Гиревой.

Мать Гирева, отбыв срок наказания, переехала с сыном в Николаевск, где определила его в приходское училище, которое он успешно закончил и пошел работать на городскую электростанцию. В свободное время занимался охотой и рыбалкой, построив охотничий домик на берегу озера Чля.

У него была одна из лучших собачьих упряжек. Поэтому, когда под новый, 1910 год в Николаевск приехал Сесил Мирз, помощник Роберта Скотта, ему порекомендовали Дмитрия как отличного знатока собак и очень хорошего каюра.

У Мирза было задание набрать ездовых собак на несколько упряжек. По селениям от Николаевска и в самой резиденции озера Чля они набрали хороших нивхских собак. Как писал позднее участник этой экспедиции Черри Гаррард, Сесил Мирз не мог справиться с такой лохматой ватагой собак, поэтому и предложил Дмитрию сопровождать собак до Антарктиды. Гирев согласился, взяв с собой и лучших своих.

Капитан Скотт допустил во время экспедиции фатальную ошибку. Как транспорт он закупил в Индии мулов, а в Забайкалье выносливых монгольских лошадок, которых англичане назвали пони. В Забайкалье то холодно, а вот мулов – из тропиков да в Антарктиду? Они и подвели!

Сэр Скотт сам предложил Дмитрию участвовать в экспедиции на полюс, хотя при этом ставку на собак не делал. Почти одновременно со Скоттом к Южному полюсу шел Руал Амундсен, и стоял вопрос о первенстве открытия этой важной географической точки на планете.

В качестве транспорта Амундсен использовал только ездовых собак. И благодаря им первым пришел на полюс. Капитан Скотт последние километры до полюса шел пешком. Увидев, что Амундсен успел прийти на полюс первым, Скотт и его спутники пали духом, т.к. собачьи упряжки они использовали только для устройства складов для продуктов и припасов и временного жилья.

Несмотря на то, что Роберт Скотт погиб, королева Англии наградила всех участников двух экспедиций. Мой земляк Дмитрий Гирев получил орден и карманные часы с боем курантов, а на память об участии в экспедиции ему подарили вилку и ложку из сервиза корабельной кают-компании «Терра-Новы».

Экспедиция Р. Скотта открыла под слоем льда горный хребет, одну из вершин которого назвали Пик Герофф (Гирева в экспедиции звали Димитри Герофф).

Около трех лет он провел в Австралии и Новой Зеландии, а осенью 1915 г. вернулся на Чля, где летом работал драгером, а зимой электриком на электростанции и занимался своей охотой.

В начале 30-х был арестован как английский шпион: у него иностранный орден, книги на английском языке, говорит на английском и пишет не по-русски… После ареста его отправили во Владивосток, который в то время и до гражданской войны, был столицей Приморского округа в границах от Владивостока до самых Шантарских островов.

4 апреля 1930 года Д.С. Гирев был осужден по ст. 58 на 5 лет лагерей как английский шпион и террорист и направлен в Сиблаг, где и сгинул. Из Сиблага НКВД СССР мной получен ответ, что Д.С. Гирев был досрочно освобожден.

Таков краткий рассказ только об одном моем земляке, дог мэне капитана Роберта Скотта.

Адмирал Макаров получил военно-морское образование в морских классах Николаевска-на-Амуре. И бывший начальник Дальневосточного морского пароходства Валентин Бянкин также получил морское образование в той же мореходке. При нем пароходство стало FESCO.

Владимир Клавдиевич Арсеньев как минимум трижды встречался на моем озере и в моем селе Чля с Гиревым Д.С. в 1917, 1918, 1920 и в 1923 годах, а в 1930 могли встретиться уже во Владивостоке.

В то время он был начальником бюро изысканий для строительства железных дорог к Татарскому проливу. Проект выхода дороги к Советской Гавани был осуществлен, а два других проекта – выход к Де-Кастри и к Николаевску – так и остались на бумаге. Если посмотреть на карту, то видно, что железную дорогу до Николаевска можно проложить от Комсомольска. Арсеньев был за вариант прохождения дороги через наши озера Орель и Чля. Поэтому во время своего приезда в Николаевск в 1930 году он заехал в наше село по работе.

А заодно и увидеться со знаменитым путешественником Д.С. Гиревым, но встретиться им уже не пришлось. В августе в те места приходят с юга циклоны-тайфуны. Легенда гласит, что он на нашем озере попал в сильный шторм, искупался и простудился. По дороге во Владивосток он как-то лечился, но простуда была сильная, болезнь оказалась запущенной и 4 сентября 1930 года Владимир Клавдиевич Арсеньев скончался.

Если Дмитрия Гирева органы ОГПУ считали английским шпионом, то Арсеньева они считали японским шпионом, ему не доверяли, за ним следили. И дорогу до Николаевска не построили лишь потому, что руководство Дальневосточного края перестраховалось: в те годы им казалось, что крайне опасно строить дорогу по проекту иностранного шпиона, говорящем на всех восточных языках.

Железной дороги до Николаевска нет до сих пор, и вероятно в ближайшее время уже не будет.

Бывшая Нижнеамурская область и бывший областной центр г. Николаевск-на-Амуре сегодня экономически деструктивный район и только строительство железной дороги до Николаевска вдохнет настоящую вторую жизнь всей бывшей области и старейшему городу-порту на Амуре.

Севернее Николаевска на берегу Охотского моря расположен залив Екатерины Великой. Кто был на Шаморе, тот знает, что ее длина 1,7 километра. Длина сверхсказочного пляжа с белоснежным песком в заливе Екатерины Великой составляет 170 километров. Там все лето нерестится рыба разных пород. Кета барбекю, кета на гриле, шашлык из кеты, уха, балычок, тешка – ели?

Два озера длиной по 25 км и шириной по 12 км соединены протоками между собой и с Амуром. Это, какие же парусные регаты можно устраивать на парусных яхтах всех мастей и размеров!

От Николаевска до дальней точки озера всего 90 км, и по заброшенному аэродрому столько же. Не могу забыть, как на берег залива вышла медведица с тремя медвежатами, а за несколько минут до этого рыбаки на баркасах, полных рыбы приткнулись к берегу в этом месте. У них там было место для сушки и ремонта снастей. Медведица подошла к баркасу и стала выбирать кету только с икрой. Икру стала есть сама, а без икры, раздавала своим медвежатам по очереди и так продолжалось пока они не наелись от пуза, а рыбаки и мы наблюдали и ждали их ухода.

Если есть райский уголок на Земле, то это там. На Шантарских островах окольцевали белуху!

Но если есть рай, то есть и ад. Для электростанции были нужны дрова, вот для их заготовки и был организован лесоповал «Светлый ключ», на котором я родился и рос до пятнадцати лет! Бронзовый и серебряный призер Олимпиад в толкании ядра А. Барышников родился на оз. Чля. На карте ГУЛАГов в СССР Де-Кастри, Комсомольск и Николаевск обозначены расстрельными тюрьмами. Значит, там должны быть и места захоронений. Вот и Мекка для скорби и поклонов.

Города Владивосток на Амурском заливе и Николаевск-на-Амуре как минимум должны стать городами-побратимами, так как они являлись форпостами на Дальнем Востоке в годы его освоения, городами революции в гражданскую и расстрельными тюрьмами в 1937-57 гг.

В годы Великой Отечественной войны в 1941 году именно краснофлотцы Амурской флотилии и Тихоокеанского флота стали «черной смертью», Schwarze Todd для нацистов под Москвой.

Как ни крути, а в День города владивостокцы должны класть цветы к памятникам Муравьеву-Амурскому, Невельскому, адмиралу Завойко и морякам-тихоокеанцам на набережной.

В газетной статье «Саммит, камень, долг и память» за моей подписью был поднят вопрос о том, в каком месте нашего города должен быть установлен мемориально-музейный комплекс памяти жертв политических репрессий или «Мемориальная свеча» – знак памяти о жертвах политических репрессий, утвержденный приказом министерства юстиции Российской Федерации от 22.02.2007 г. № 39 – в виде буквы «М» с горящим пламенем сверху, а не цилиндр в виде презерватива, предложенный управлением градостроительства и архитектуры города.

Таких мест в городе может быть несколько, и мною был предложен адрес по ул. Вострецова, тем более, что надмогильный крест на Лесном кладбище, установленный там по велению сердца коммуниста Морозовой, хотят назвать Мемориалом памяти жертвам политических репрессий. Проведенная там 30 октября панихида доказала, кому там нужен такой мемориал.

Управление градостроительства и архитектуры г. Владивостока поддерживает инициативу по созданию мемориально-музейного комплекса памяти жертв политических репрессий по улице Вострецова. А далее: «Однако перепрофилировать сквер по ул. Овчинникова, 20 не считаем целесообразным.

В данном случае популяризируется не конкретное место захоронений, а тема, важная для города. Мемориальная свеча, которая будет установлена в данном сквере в память жертв политических репрессий, не является надгробным памятником, а является художественным объектом, призванный напоминать горожанам об исторических событиях».

Слава Богу, что из этого письма ясно, что они согласны со мной, что надмогильный крест, установленный на Лесном кладбище, не может быть мемориальным комплексом. Дорогие градостроители, Мемориальная свеча, которую вы хотите установить в сквере по ул. Овчинникова, 20, и названная вами художественным объектом, считаю, не имеет права быть!

Для установки мемориала памяти жертв политических репрессий надо иметь серьезное документальное или историческое обоснование и подтверждающие документы из органов.

И для установки мемориала памяти жертв политических репрессий по этому адресу веских обоснований, полагаю, нет, что и могут подтвердить историк краевед, доктор искусствоведения В.М. Марков, или действительный член РГО-ОИАК, краевед Б.Д. Шадрин, или краевед, доцент Н. Мизь, или информационный центр МВД по Приморскому краю, или прокуратура по Приморскому краю, расположенная в нашем городе, а не за синими морями.

Если устанавливать мемориалы на месте каждой обнаруженной заброшенной могилы или захоронения, то площадь Владивостока надо будет увеличить как минимум многократно.

Революционно-коммунисти-ческая топонимика должна быть заменена. Сквер Суханова и должен быть местом установки мемориала памяти жертвам политических репрессий. Бюст Суханова перенести к его дому-музею, а для тех, кому его имя свято, повесить мраморную доску на бывшую при царе ссыльно-пересыльную тюрьму на Партизанском проспекте, причем обязательно указать, что это расстрельно-пыточная тюрьма.

Сквер назвать Суйфунским сквером покаяния и примирения для всех поколений, тем более, что одно из красивых зданий бывшего ДВГУ было штабом репрессий ОГПУ НКВД.

На стене ДВГУ необходимо установить памятную доску с надписью, что здесь в 1930-м году тройка ОГПУ осудила и расстреляла нашего земляка Дмитрия Семеновича Гирева, русского путешественника, в составе экспедиции Р. Скотта открывшего Южный полюс в 1911-1912 годах.

Площадь у Дома строительных организаций напротив краевого УВД и площадка между зданием тюрьмы и Инструментальным заводом на Партизанском проспекте – тоже памятные места, и вот почему.

Мне выпала честь быть на приеме по случаю пуска завода. До сих пор храню и пользуюсь подаренным мне ключом для открывания жестяных консервных и стеклянных банок первым директором завода Г. Баером. И помню рассказ председателя Дальневосточного совнархоза Груздева о том, как начал этот завод строиться контингентом зека в 1951 г. Площадь от стен тюрьмы до проспекта Красного Знамени была кладбищем при ссыльно-пересыльной тюрьме в царские годы и расстрельной в годы сталинских репрессий и большого государственного террора. В обеденный перерыв зека втыкали свои лопаты и ломы в грунт и на каждый лом или черенок лопаты напоказ надевали черепа с дырами от пуль револьверов системы «наган», отчего вся строительная площадка выглядела, словно выставка человеческих черепов и судеб.

Мне позвонил из Дальнереченска Александр К. и рассказал, как он копал ямы до обеда для расстрелянных ночью, после обеда засыпал жертв террора, которые в основном были голыми, а после похорон им давали вторую пайку за убиенных. Попал в леспромхоз в Калининский р-н. После проплава леса по реке под зачет, в 1953 году был амнистирован, там и живет до сих пор.

Страшно, но правда – на месте Инструментального завода были братские могилы и большие ямы с трупами расстрелянных жертв политических репрессий. Вот здесь и быть мемориалу-3!

До сих пор не могу забыть, как нас, спортсменов городского общества «Труд» добровольно-принудительно отправляли на земляные работы при строительстве Дворца спорта в начале Партизанского проспекта. Мы рыли траншею и вскрыли могилу с останками человека в сидячем виде. Работа была остановлена. Прибыли милиция и прокуратура. Останки эксгумировали, а на этом месте сегодня стоит и функционирует до сих пор Дворец спорта. И ничего себе, стоит.

На углу улиц Фокина и Алеутской стоит здание ТУ-38, в котором в 1957 г. размещалось УГБ, в подвале которого мне пришлось побывать в качестве арестованного.

Н.С. Хрущев подарил крейсер и два эсминца Индонезии. Возглавляемой мной молодежной бригаде был поручен ремонт крейсера с грозным именем «Красный петух». 18 – и 19-летние члены бригады сразу заметили и то, что по утрам матросы ходят в туалет, неся в руках перед собой пиалу с водой и, закатив глаза к небесам, что-то шепчут.

Ходили по палубе боевого корабля в шлепанцах, ну а чтобы не спотыкаться о комингсы водонепроницаемых перегородок, все пороги были вырезаны автогеном. Мои пацаны из бригады это сразу заприметили и стали подставлять ножку. («Пацаны» на лагерном языке обозначает, что это молодые воришки, так и не ставшие «ворами в натуре»).

Матросы спотыкались, падали и проливали воду, затем, став на колени, без утреннего туалета и намаза, возвращались по своим кубрикам, с чувством глубокой вины и скорбью перед аллахом.

Мы-то этого, естественно, не знали. И солнечным утром к трапу крейсера подкатил «черный воронок». Из него вышли двое в одинаковом прикиде. Поднялись на корабль, и нашли, как они предполагали, главного виновника международного скандала на религиозной почве.

Меня доставили в хорошо известный дом по ул. 25-го Октября. Провели в подвальное помещение. В кабинете без окон сидел худой, седоголовый, высокий мужчина с морщинистым лицом и курил. Не иначе, как хотел во всеоружии быть готовым к схватке с опаснейшим врагом режима, да и самой системы.

Но, увидев перед собой молодое улыбающееся лицо, предложил присесть и закурить. Услышав от меня, что я пиетета к алкоголю и куреву не испытывал и не хочу, он сразу спросил меня, что мы испытываем от того, когда видим упавшего матроса и при этом пролившего воду из пиалы? Пришлось сказать, что мы это делаем без корысти и злого умысла, из еще оставшихся в нас детского азарта и задора безнаказанно похулиганить, и все.

И тут из-за матерчатой ширмы вышел служитель господу в церковной одежде, или как тогда говорили – корабельный поп, и на чистом русском языке спросил меня, что мы действительно не знаем, что происходит дальше с этими матросами его Королевского Величества после того, как они прольют воду. Ответил ему, что мы сразу убегали и не только не знали, но и не думали о том, что же было или могло произойти. Шел, споткнулся, упал, воду пролил, взмолился, вот и все.

А дальше было так. Мусульманин, проливший воду, думал, что это Аллах его наказал, за что-то, и не имея воды, он не мог исполнить утреннее омовение и возвращался в матросский кубрик ждать следующего утра, боясь повторного «наказания».

Все члены бригады были комсомольцами и взросли на ниве атеизма, антирелигиозной культуры и пропаганды. Мы не могли отличить Бога от Аллаха, Магомета от Иисуса, Папу римского от Будды, деву Марию от пресвятой Богородицы, Коран от Библии, Завета, Торы.

Не верили ни в черта, ни в бога, ни в аллаха, а о религиозных обрядах даже понятий не имели.

Полковник как-то по отцовски, спросил меня, что же можно или нужно сделать с целью исключения такого хулиганства. И я ответил ему, что достаточно передвинуть время начала работы на этих объектах хотя бы на полчаса. Начинать работу в 8.30 утра. Через несколько минут «черный воронок » доставил меня вместе с капелланом обратно к трапу крейсера.

После работы меня пригласили на вечернее собрание бригадиров в раздевалку 9-го цеха, где прямо в лоб спросили, как мне удалось выйти живым, или сказать, кого я «сдал». Без запинки рассказал, что произошло в подвале «казенного дома», откуда не все выходят.

Мне поверили и следующим утром проход на «заказы» перекрыли часовые, а плакаты с надписью начала работы на этих «заказах» с 8.30 утра перегораживали сходни.

Меня не пытали и не расстреливали, а вот как пытали и добывали признания, узнаем у известного писателя, автора книги «Пленник эпохи» Льва Разгона. Тем более, что во Владивостоке есть улица, остановка транспорта и район, носящий имя П.П. Постышева, арестованного в должности первого секретаря Куйбышевского обкома партии. Фамилия его жены Постоловская. Вот как добывали от нее нужные оговоры и займем несколько строк у Л. Разгона.

«Цирк. Так назывался допрос-развлечение, придуманное этими личностями. Постоловскую притаскивали в большой кабинет, где уже находилось шесть-семь молодых людей с бичами в руках. Ее заставляли раздеться совершенно донага и бегать вокруг большого стола посредине комнаты. Она бегала, а эти ребята в это время подгоняли ее жокейскими бичами, добродушно выкрикивая поощрительные слова. А потом заставляли лечь на стол и показывать во всех подробностях, «как ты лежала под Постышевым»… А потом по очереди занимали его место».

Неизвестно, сколько раз инквизиторы насиловали на глазах допрашиваемых их дочерей.

Бывшие пионервожатые и ярые комсомольцы, что же вы об этом ни словом не обмолвитесь?

После смерти Сталина, когда начался великий исход из лагерей, Анна Ахматова сказала, что сейчас Россия разделится на две части – на тех, которые сажали, и на тех, которые сидели.

Была еще и третья часть, которая не сажала и не сидела, но она была, так или иначе связана или с одними, или с другими. Или она ждала. Но меня возмущает то, что до сих пор не было ни одного суда над палачами, к которым я отношу самих начальников лагерей.

Те, кто судил, убивал, глумился, до сих пор живут среди нас! Сколько нужно было иметь персонала, чтобы за 5 лет (1937-42 гг.) только расстрелять более семи миллионов человек репрессированных, провести через лагеря до 40 миллионов? 4,5 миллиона сидело одновременно, сколько надо было людей, чтобы арестовывать, допрашивать, этапировать, расстреливать, закапывать? Вероятно столько же, сколько и сидело, не меньше.

Суть фашизма – «не смей со мной бороться», а сталинизма – «принимай участие». Германия прошла через прощение и наказание: нацистские преступники были наказаны. Сталинские – нет. Потому что в нашем случае не было победителя, который провел бы свои Нюрнбергские процессы. Оказалось, что и палачи и жертвы – часть одной нации, точнее – одного народа.

Почему процессы над сталинскими палачами не инициировали сами жертвы репрессий? Им подбросили палку колбасы, сто рублей денег и откупились обещанными льготами и все?!

В данном случае компенсация и наказание могли бы быть материальными и моральными, но ведь и такой малости, как покаяние, до сих пор нет, не говоря уже о признании геноцида!

Но была часть населения, которой ничто не угрожало, они остались жить, народили детей и, я так думаю, генетически передали им свою ненависть к зекам как естественную. Только так можно объяснить ту злобу, с которой Жириновский обрушился при полном зале на закон дать политзэкам по 500 руб./мес. Он вскочил и закричал: «Ни копейки им! Тем, которые против советской власти выступали, мерзавцы? Отнять у них все!» И никто из едросов не дал ему по морде!

Полагаю, что во власти сегодня дети, внуки и правнуки тех, кто судил и стрелял.

Лично мне в лицо на приеме к ревматологу соседка по очереди в истерике кричала: «Так мы что, тогда не всех вас перестреляли?» Моего деда в 1932 г. при раскулачивании тройка ОГПУ расстреляла по ст. 58-10 – АСА.

Тогда он сказал им: «Вот вы не пахали, не сеяли и не убирали урожай, а взяли и отобрали до последнего, чем поставили нас в затылок (в очередь). Запомните, что соввласть временная, и сметут ее большие очереди у пустых прилавков больших городов».

Невозможно перечислить все разнообразие пыток, с помощью которых человека принуждали подписывать все что угодно, делать все что угодно, лишь бы быстрее наступила смерть, которая избавила бы от дальнейших мук и унизительных и невыносимых допросов и оговоров. Оказалось, что ни власть, ни общество не желают возвращаться к памяти о прошлом. Историческая память не была разбужена, наоборот пытается забыть и о самих политических репрессиях, и о тех, кто их творил.

У нас по телевидению выступают работники бывшего КГБ. Они живут в комфорте и довольстве, а службу в госорганах называют Карьерой Глубокого Бурения!

Коммунисты остались при власти: секретари обкомов, райкомов, ЦК. Больше того, они стали сильнее. Создали финансовые олигархии, беспардонно наворовав. Они не хотят ничего другого. Не дай Бог!

Что же происходит с Россией, в которой миллионы нераскаявшихся, неосужденных палачей?

В Европе до сих пор находят и судят нацистских преступников, а у нас и одного не нашли, а они участвуют в выборах депутатов всех уровней и используя административный ресурс, школу и опыт работы в органах, как мыши, пролезают во власть, в Думу, где в чине депутатов, спасая свои шкуры, как опытные и коварные крысы, стаями, отвергают даже попытку лишить депутатов иммунитета и неприкосновенности. Потому и жив сталинизм, и скульптуру Ф. Дзержинского хотят вернуть на место!

Уничтожено почти 7 миллионов кулаков и членов их семей, но это же бывшие фермеры со своим фермерским хозяйством, а главное – со своими обученными их труду наследниками!

Моя бабуля, имея в наличии 13 коров и быка-осеменителя, единственная от Байкала до Аляски производила твердый сыр и поставляла его через Харбин пассажирам на КВЖД. За 75 лет в Приморском крае не произведено ни одного грамма твердых сыров. А масло где?

И можно ли говорить об исторической памяти, когда по телевизору мы видим пикетчиков и демонстрантов с портретами Сталина. Когда на всех углах продаются книги с его портретами.

Полностью согласен с администрацией города, что мемориал памяти и скорби жертвам политических репрессий – важная тема для города и его руководства, и решать ее надо сообща, а не в кулуарах управления градостроительства и архитектуры со слов «инициативной группы», не зная даже, что наш земляк первым из россиян вместе с англичанами открыл Южный полюс!

Очень надеюсь на толерантность, взаимопонимание и достоверность в данном вопросе.

Теги:
НАВИГАЦИЯ
ВАШЕ МНЕНИЕ

Для чего, по вашему мнению, минздрав Приморья предложил ввести QR-коды?

Всего проголосовало
23 человека
Прошлые опросы

Наши проекты

Издательский Дом "Водолей" - купить книгу или заказать издание своей

Суды и выборы - информационный сайт о выборах в Приморье с 1991 года