Главная страница Политика Свобода прессы и законы против терроризма

Свобода прессы и законы против терроризма

30.03.2021
Леон Виллемс

фото

Доклад на он-лайн конференции «Какова цена национальной безопасности» 2 марта 2021 года. Санкт-Петербург.

Леон Виллемс, директор по стратегии и программам, Free Press Unlimited

Очень интересно выступить на вашем удивительном семинаре и послушать тех людей, которые выступают здесь.

И я хотел бы внести свой скромный вклад, в наше умное и увлекательное обсуждение, которое настолько стало любопытным и интересным благодаря нашим коллегам. Я хочу поговорить с вами немного о свободе прессы и как это связано с проблемами коррупции, законом против терроризма и, в целом, о том, как по всей Европе свобода СМИ приходит в упадок. Я не буду говорить о России, я – не эксперт.

Если меня спросят, в чем связь между ограничением свободы прессы и антитеррористическим законодательством, то здесь есть несколько моментов.

Первое. Это рост тенденций вепонизации (от слова weapon - оружие), то есть придание силы оружия законодательству против свободы прессы. И мы видим связь между антитерроризмом и коррупцией, и мы видим стратегические судебные процессы в этой области.

Во-вторых. То, что люди обычно не связывают с антитеррористическим законодательством – это травля по законам о клевете, нацеленная на журналистов. Это глобальный феномен. И такое законодательство используется для дискредитации журналистики. И это то, что мы видим и в России, и во Франции, и в Латинской Америке, когда моральное представление о терроризме у публичной аудитории используется как оружие против журналистов, которые как раз и пишут об этих явлениях. Вот такая корпоративная государственная тактика все чаще отслеживается.

Если посмотреть на статистику. Эта статистика очень грубая, очень важная. Потому что это жертва, которую приносят журналисты. Последние два года количество журналистов, которые были убиты в стабильных странах, выше, чем в странах, находящихся в состоянии войны. Эта статистика ЮНЕСКО по убийствам журналистов, конечно, есть. Случаев много, как например Дафна Каруана из Мальты, в России много таких случаев, в Мексике, на Филиппинах, которые на первом месте по безнаказанности по убийствам журналистов. И ежегодно ЮНЕСКО публикует такие доклады, и мы участвуем в их составлении, сообщая о подобных событиях. Также насилие в, так называемых, управляемых демократиях, когда силы-то существуют, но они коррумпированные государством, и количество журналистов, которых убивают, на которых возбуждают дела, которых сажают в тюрьму, растет.

И хотя у нас тема не о коронавирусе, также я отметил бы, что в контексте пандемии Freedom House говорит о демократии локдауне. В 80 странах нарушается, в частности, закон о свободе информации, в частности, принимается законодательство о фейк-ньюс. Например, что происходит в Мьянме. Журналиста обвинили в нарушении законодательства об информации о коронавирусе, хотя на самом деле там происходит военный переворот.

Мы участвуем в коалиции НКО, которые документируют нарушения в Европе, и мы, как часть этой коалиции, видим эту статистику. Это «сырая» статистика, куда входят различные случаи насилия в отношении журналистов. Может быть, они не все относятся к определенным журналистам, связанным с раскрытием коррупции, но все это связано с тем, как государство использует цифровую среду для атаки на журналистов. И использует государство в этом армию анонимных троллей, финансируемых государством.

Например, Мария Ресса на Филиппинах, которая стала жертвой войны с наркотиками, развязанной государством, то есть она, связывая и вскрывая события этой войны, она сейчас подвергается массовым судебными искам по клевете и другим.

В Центральной и в Латинской Америке, где президент выигрывает выборы, имея все бразды правления в своих руках. Он использует публичное недовольство коррупцией для того, чтобы выиграть эти выборы, используя популистские нарративы, хотя его же собственная администрация коррумпирована, имеет связи с наркомафией, и газета, которая об этом писала, подверглась атаке со стороны президентской администрации. Это явный пример того, как законодательство о борьбе с терроризмом используется против журналистов. Ну, мы это видим и в европейских странах. Насилие в отношении журналистов, занимающихся своей работой, например, в Сербии.

Мы видим, как местные партнеры нашей коалиции, местные профсоюзы, НКО, группы защиты прав журналистов вынуждены дать свою банковскую информацию, чтобы выяснить, не связаны ли они с финансированием терроризма. И это явная попытка государства всякое инакомыслие подавить. Часть этих журналистов, независимые журналистские ассоциации стали жертвами этой кампании.

Но дело не ограничивается бывшими соцстранами. Мы видим, что правительство Франции использует ограничение свободы слова во имя безопасности. Недавно десятки тысяч журналистов и других активистов протестовали, потому что государство хочет принять закон, который не позволит журналистам писать о насилии полиции во время протестов. Мы видим, как в Польше свобода прессы страдает из-за дискредитации иностранных публикаций, главным образом, потому, что они критикуют государство, и против них ведутся судебные преследования. «Газета Выборча», например, за последнее короткое время вынуждена была отбивать 50 процессов против них, в основном, из-за того, что журналисты критикуют правительство.

Также использование корпоративных практик, чтобы запугать журналистов. Это вы можете видеть в Словении очень много, так называемых, слабых дел, стратегические процессы в общественных интересах, когда на журналиста возбуждают дела в попытке прекратить их расследования в отношении государственных чиновников.

В Болгарии, конечно, мы видели открытые протесты против коррупции правительственной, и где было массовое насилие полиции, и об этом писали журналисты. Еще я бы посоветовал обратить внимание на сайт «Коалиция за свободу СМИ», и там вы найдете много документированных нами случаев. Недавно мы опубликовали доклад, где задокументировали более 100 конкретных нарушений прав журналистов, часто это корпоративные и юридические атаки против журналистов. И мы видим четкую тенденцию.

Так в чем же глубинные причины того, что так происходит? Во-первых, культурное неприятие критики. Больше всего страдают журналисты, которые требуют ответственности, подотчетности от государства. На них, в первую очередь, обрушиваются, их представляют иностранными агентами, возбуждают дела о клевете. В политическом пространстве – все меньше критики, инакомыслия допускается.

Я еще хочу сказать о важном аспекте, почему на журналистов совершаются нападки. Это то, что криминальная активность становится глобальной, и трансграничные расследования журналистам очень полезны и очень важны, и они, в первую очередь, попадают под атаку.

Например, журналистка подверглась нападкам из-за того, что она расследовала махинации с паспортами, которые позволили, например, российским олигархам получать паспорта и ездить. И эти расследования сейчас в судах. И государственные чиновники запугивают семьи журналистов, используя закон о клевете.

Очень много расследований сейчас ведется против олигархов, находящихся в Лондоне. Журналисты из Молдовы, очень маленькая группа, этим занимаются в России, в Великобритании, например, расследование финансовых махинаций. Несколько групп расследуют связи между мэром Лондона и Еленой Батуриной.

Мы видим, что дела против журналистов очень часто связаны с вопросами коррупции и коррупции государственных чиновников, государственной деятельности.

Почему важно это понимать? Важно, например, что уклонение от налогов – это глобальный феномен. Даже в моей стране, в Нидерландах, у нас очень много российского капитала, и, например, телеком-индустрия используется нидерландцами для того, чтобы уклоняться от налогов в своих странах. Мы видим также связь с антитерроризмом и коррупцией в Западной Африке, расследование дела о коррупции в Восточной Африке.

Также сюжет о российской истории с ливийскими самолетами-бомбардировщиками, российский гигант добычи полезных ископаемых, уклонение от налогов в Буркина Фасо.

И это насилие в отношение журналистов, использование против них антитеррористического законодательства, а также более широкая культурная проблема – все меньше приемлемость критического взгляда.

Я не знаю, насколько это поможет, но мне хотелось бы закончить на оптимистической ноте. И Андрей Солдатов об этом говорил. С 2015 года расследовательская журналистика растет и развивается. Конечно, больше происходит трансграничных расследований. И все больше журналисты-расследователи занимаются финансовыми аспектами поведения глобальных элит в связке с государствами. И одна из причин, почему нарастают нападки на журналистов-расследователей, потому что они все успешнее вскрывают эти практики. И для этого очень важна журналистская солидарность.

К публикации подготовила Татьяна РОМАНЕНКО.

НАВИГАЦИЯ
ВАШЕ МНЕНИЕ

Для чего, по вашему мнению, минздрав Приморья предложил ввести QR-коды?

Всего проголосовало
19 человек
Прошлые опросы

Наши проекты

Издательский Дом "Водолей" - купить книгу или заказать издание своей

Суды и выборы - информационный сайт о выборах в Приморье с 1991 года