автор Максим Миронов Профессор IE Business school (Мадрид)

В марте этого года мы с другими учеными-экономистами опубликовали список рекомендаций российским властям, как нужно действовать чтобы сгладить эффект пандемии. Сейчас ситуация еще более тревожная, чем тогда. В субботу в России было зарегистрировано 12,846 случаев (и это только по данным официальной статистики) – как во время пиковых значений в мае. Число заболевших быстро растет. Государство должно начать активно действовать, чтобы ситуация не вышла из-под контроля. По сравнению с мартом мы знаем намного больше о коронавирусе и об опыте других стран. Сейчас критически важно принять эффективные меры чтобы минимизировать ущерб для экономики и свободы граждан. Иначе мы очень скоро увидим и коллапс системы здравоохранения, и глубокий экономический кризис.

Сначала я разберу эффективность карантинов в различных условиях, потом опишу список рекомендаций для нашего правительства.

В предыдущем посте я описал, почему нельзя доверять статистике по коронавирусу и сравнивать ее между странами. Это особенно актуально при анализе эффективности карантинов. Статистика по количеству случаев и смертей в странах, где не было карантинов или карантины были введены с опозданием, сильно занижена, по сравнению со странами, где карантины были введены вовремя, и система здравоохранения не испытывала перегрузок. К примеру, в Швеции статистика по заболеваемости была занижена в 20 раз, в Испании и Москве – в 10 раз, а в Аргентине, где карантин был введен достаточно рано и никогда не было перегрузки системы здравоохранения, число реальных заболеваний занижено всего на треть. Если сравнивать просто официальную статистику, карантины всегда окажутся неэффективными, ведь по сравнению, например, с Аргентиной, Швеция занижала число случаев в 13 раз.

Важно также отметить, что коронавирус – болезнь сезонная. В мае началась зима в Южном полушарии, и пошел быстрый рост случаев во всех странах Южной Америки и в Южной Африке. Это произошло, несмотря на то, что эти страны следовали разной стратегии (карантины, частичные карантины, нет карантинов) и к началу мая пришли с разным количеством случаев. Если посмотреть на десяток стран с самым большим количеством случаев сейчас, то там 4 страны из Южной Америки и Южная Африка, хотя в Южном полушарии живет в несколько раз меньше людей. Во всех странах Европы, наоборот, в мае-июне пошло снижение, и в течение лета было спокойно, несмотря на то, что ограничительные меры в большинстве стран были фактически отменены. А в сентябре почти во всех европейских странах начался быстрый рост.

Также удивительно, что несмотря на то, что вирус пришел из Китая, страны Юго-Восточной Азии фактически от него не пострадали. Посмотрите на Китай, Японию, Корею, Вьетнам, Гонконг, Тайвань, Вьетнам, Тайланд, Камбоджию, Лаос и другие страны, где живут представители монголоидной расы. Там везде очень небольшое количество заражений, несмотря на то, что это густонаселенный регион с огромными мегаполисами, и эти страны следовали разным стратегиям касательно введению карантинов. Изначально многие это относили на эффективные меры Южной Кореи, Тайваня или Японии, но мы видим, что это присуще практически всем стран региона. Также мы видим, что североевропейские страны – Финляндия, Норвегия, Германия, страны Прибалтики пострадали меньше, чем южные – Испания, Италия, Франция. Даже в Швеции, которая не вводила карантин, число смертей было меньше, чем в Южной Европе. Кстати, в Южной Америке, где значительную часть населения составляют потомки южных европейцев, распространение вируса было достаточно быстрым.

Я не знаю почему это происходит. Возможно, дело в социальных привычках (например испанцы и итальянцы, а также почти все латиноамериканцы, при встрече целуются – это вместо рукопожатия). Возможно, дело в генетике. Думаю, наука на этот вопрос в будущем ответит.

Поэтому, когда мы анализируем эффективность карантинов, важно анализировать похожие страны. Как мы уже увидели, распространение болезни зависит от времени года, расы, географии, размера домохозяйств, молодости населения, продолжительности жизни и других факторов.

Кроме того, мы узнали, что карантины и ограничительные меры особенно эффективны в странах, где нет крупных мегаполисов. Тогда можно карантином и массовым тестированием свести количество случаев практически до нуля. В Северном полушарии можно привести примеры Финляндии и Норвегии. В Южном полушарии – Австралии, Новой Зеландии, Уругвая.

В странах с крупными мегаполисами можно сгладить пандемию, но до нуля задавить карантином, скорее всего, невозможно. Если вы сажаете город с населением 10 млн на карантин, то значительный процент жителей все равно будет передвигаться – врачи, продавцы супермаркетов, уборщики мусора, минимальные сервисные службы и т.д. Чем больше город, тем больше в среднем занимает путь от работы до дома, а значит, больше контактов в общественном транспорте, которые отследить невозможно. В Аргентине 20 марта ввели строгий карантин и к середине мая смогли снизить количество кейсов практически до нуля, за исключением Буэнос-Айреса. К примеру, 15 мая было выявлено 345 случая, из них 300 в городе и провинции Буэнос-Айрес. Из 23-х аргентинских провинций, в 19-и было выявлено ноль случаев. Подобная ситуация продолжалась до начала июля. На территории остальной страны, где живет 30 млн, выявлялось менее 10% случаев, а на территории большого Буэнос-Айреса, где живет 15 млн. человек — 90% случаев. Естественно, что на строгом карантине невозможно сидеть вечно, и вирус постепенно стал проникать и в регионы. В июле начался рост в регионах. Но карантин позволил сгладить развитие эпидемии согласно известной картинке:



В странах, где пандемия развивалась быстро, пик был достигнут в течение 2-х месяцев, что привело перегрузке системы здравоохранения и избыточным смертям. В Аргентине система подходит к пику в октябре, более чем через 7 месяцев после начала пандемии.


В Буэнос-Айресе, самом зараженном регионе, пик был пройден в августе, почти через 6 месяцев после начала пандемии. Загрузка системы здравоохранения сейчас составляет порядка 63%. На пике в Буэнос-Айресе было 67%.

Со спасением жизней из-за нормально функционирующей системы здравоохранения все понятно. А позволяет ли карантин сократить общее число переболевших, ведь помимо смертей есть и другие последствия для здоровья? Эмпирические данные говорят, что да. В предыдущем посте я уже приводил цифры, что после выхода из активной стадии эпидемии в Испании оказалось 5.2% переболевших, а в Швеции – 14%. То есть в Швеции переболело почти в три раза больше народа, чем было необходимо для стабилизации ситуации, а умерло больше, чем в три раза больше. Видимо, для достижения некой формы стадного иммунитета с социальным дистанцированием в летний период нужно, чтобы всего 5% популяции переболело. Но без карантина заражается намного больше людей, потому что антитела вырабатываются не мгновенно. Какое-то время человек ходит с вирусом и заражает всех вокруг. Если у вас карантина нет, то эти люди продолжают активно всех заражать, и вы заражаете намного больше людей, чем надо для достижения стадного иммунитета. Кстати, серологические тесты в Буэнос-Айресе в августе показали уровень зараженности в 5% (во всей остальной стране уровень проникновения вируса намного ниже), и именно с конца августа в городе наметился устойчивый спад.



Но есть и плюсы отсутствия карантина. Из-за того, что в Швеции переболело в три раза больше людей, чем было необходимо, сейчас, по осени, там нет всплеска случаев, а в Испании есть. Правда, до сих пор не понятен вопрос, сколько этот иммунитет будет действовать. Исследования показывают, что уровень антител начинает падать уже через три месяца. Поэтому большого смысла построения иммунитета «с запасом», возможно, нет.

Более и менее удачный опыт введения карантинов говорит нам о том, что в небольших странах, где нет мегаполисов, карантины нужно вводить как можно раньше. Современные системы отслеживания контактов позволяют пресечь пандемию на корню. Самая большая страна, которой удалось это сделать, – это Австралия (про особенность азиатских стран я говорил выше). Там небольшой размер домохозяйств (2.5 человека), самые большие мегаполисы Сидней и Мельбурн по 5 млн человек в каждом, морские границы, что позволяет полностью отследить приток в страну людей через аэропорты, и эффективное государство.

В странах с бОльшими городами и бОльшим размером домохозяйств реализовать суперэффективный карантин, наверное, невозможно. Тогда цель карантина – плавно достичь некоторой версии стадного иммунитета. Как показал опыт разных стран, достаточно 5% переболевших (принимая во внимание другие ограничения – маски, социальное дистанцирование, запрет массовых мероприятий и т.д.).

Если есть понимание, что в крупных странах все равно как минимум 5% должны переболеть, то не имеет смысл вводить карантин слишком рано. К примеру, в Аргентине ввели его 20 марта, когда в стране фиксировалось всего несколько десятков заболевших. Самый строгий карантин держался до конца апреля, когда в стране фиксировалось порядка 100 случаев, а в большинстве провинций было либо 0, либо единичные случаи. Улицы были абсолютно пусты, и экономическая активность рухнула. Рост количества случаев начался в мае, так как в конце апреля были ослаблены многие ограничения и начался холодный сезон.

В больших странах карантин имеет смысл вводить, когда вирус уже достаточно проник в общество, то есть заболело 0.5-1% населения. Когда эта цифра плавно дойдет до 5%, нужно начинать постепенно ограничения снимать. Если ввести ограничения рано, то толк в них будет небольшой (все равно потом придется болеть), народ устает сидеть на карантине (а когда точно уже надо будет сидеть, его обратно не загонишь), а экономика страдает зря.

Хочу подчеркнуть, что это все понятно сейчас, задним умом. Катастрофа в Италии и Испании в марте у всех была перед глазами, поэтому многие страны, которые заботятся о здоровье и жизни своих граждан (к примеру, Финляндия, Норвегия, Чехия, Новая Зеландия, Австралия, Аргентина, Уругвай и многие другие) тут же ввели карантины. Испания и Италия ввели карантины позже, чем надо. На мой взгляд, лучше ввести карантин на месяц раньше, чем на неделю позже. Жизни и здоровье важнее, чем потери в экономике.

Но помимо карантина, важно организовать поддержку населения и компаний, чтобы восстановление экономики после кризиса было быстрым. Вернемся к примеру Аргентины. Аргентина ввела строгий карантин 20 марта и тут же объявила о широком пакете помощи, который постоянно расширялся. Это включает и помощь малому бизнесу, и льготные кредиты, в том числе рассрочки по кредитным картам, и много других мер. Самые важные – это 10,000 песо в месяц для тех, у кого нет источников заработка. Эту выплату получают 9 млн аргентинцев (население страны 45 млн). Этих денег хватает, чтобы нормально питаться и оплачивать базовые услуги. Компаниям фактически запретили увольнять сотрудников, но государство взяло на себя выплату 75% зарплаты. Запретили отключать услуги ЖКХ во время пандемии за неуплату.

В итоге, как только начали снимать первые карантинные ограничения в апреле, тут же индустриальная активная активность начала быстро восстанавливаться и уже к сентябрю достигла уровня до пандемии, так называемое V-shape восстановление экономики:



Сбор налогов в реальном выражении в сентябре 2020 г. был даже выше, чем в сентябре 2019 г., хотя во все предыдущие 8 месяцев 2020 г. сбор налогов сильно отставал от прошлогодних значений.

Почему это произошло? Потому что помощь населению, запрет на увольнения и, главное, помощь предприятиям сделали так, что у предприятий сохранились связи с работниками, и как только разрешили работать, они сразу же начали это делать. Если бы компании разорились или массово сократили работников, то понадобилось бы время на создание новых компаний и поиск сотрудников.

Начиная с сентября, в Буэнос-Айресе активно снимаются ограничения, за исключением того, что все ходят в масках. Вот свежие фотографии района, где я живу.

Пандемией в воздухе уже и не пахнет. Почему? Потому что все знают, что количество случаев и загруженность коек падают. Каждый, если вдруг заболеет, получит быструю и эффективную помощь. Не нужно будет часами ждать скорую помощь. Можно ходить по магазинам, барам, ресторанам. Экономика быстро растет.

Теперь перейдем к главному вопросу, что нужно делать России? Мы видим, что идет быстрый рост числа случаев, и суточные показатели бьют рекорды. Врачи говорят, что места в больницах Москвы заканчиваются

Мои знакомые в Новосибирске говорят, что у них половина офиса болеет. Тесты официально сдавать никто не хочет, так как не хотят садиться на самоизоляцию. Это еще больше усугубляет эпидемиологическую обстановку.

Если не предпринять срочных мер, то Россию ждет коллапс системы здравоохранение. Как показал опыт Южной Америки, осенью вирус распространяется намного быстрее, чем весной.

Россия – это североевропейская страна со средним размеров домохозяйств, относительно молодым населением и средней продолжительностью жизни. В ней есть несколько мегаполисов и некоторый стадный иммунитет, хотя и недостаточный, чтобы пережить осенний всплеск. Это неплохие вводные, чтобы успешно справится с пандемией. Исторически российской власти было наплевать на жизни и здоровье россиян. Но в данном случае это вопрос выживания самой власти.

Российское правительство должно следующие меры:

— Ввести строгий карантин на 1-2 месяца. Как показал опыт стран, которые вводили карантины на тех стадиях проникновения, где сейчас находится Россия, двух месяцев карантина вполне хватает. Более того, Россия уже достигла некоего уровня стадного иммунитета, в Москве это более 12%, в России меньше, но тоже значительный уровень. Осеннее обострение требует более высоких показателей, но строить этот иммунитет придется не с нуля. Опыт Швеции, в которой к июлю переболело 14% населения показывает, что это достаточной иммунитет, чтобы избежать осеннего всплеска. – Нельзя требовать, чтобы люди сидели дома, не обеспечив их средствами к существованию. Это не будет работать. В России сейчас прожиточный минимум для взрослых составляет 11,510, для пенсионеров – 9,311 – эти цифры сильно занижены и должны быть помножены как минимум на 1.5. Государство должно выплатить всем, у кого нет официальной работы, по 1.5 прожиточных минимума ежемесячно – взрослым – по 17,000 рублей, детям и пенсионерам – по 14,000 рублей (что не заменяет выплату пенсий).
 – Люди, у которых есть официальная работа, но предприятия которых подпали под карантинные ограничения, получают 75% зарплаты от государства напрямую, в размере до 100 тысяч рублей. Тогда предприниматели могут их не увольнять, понимая, что 75% зарплаты государство в течение этих двух месяцев берет на себя.
— Те, кто вынужден работать в период карантина, – врачи, полицейские, сотрудники аптек и супермаркетов и т.д. должны получить доплату от государства, так как они обеспечивают функционирование страны, беря на себя повышенный риск. Врачи, которые работают в ковидных больницах и скорой помощи, – +100% к зарплате. Остальные врачи – +50% к зарплате. Другие лица, кто работает во время карантина, – +25%. Эти выплаты должны также идти напрямую.

Эту систему очень легко организовать. Предприятия регулярно сдают отчет по НДФЛ, так что по формальной занятости у государства есть актуальная информация. Алгоритм должен быть такой, чтобы каждый житель страны на время карантина получил какую-либо помощь от государства напрямую:
— Работаешь врачом или еще где-то в отраслях, которые работают на карантине? Получи от +25% до 100% от средней выплаченной зарплаты за 3-й квартал.
— Работаешь, но в другом месте – получи 75% зарплаты. Твое предприятие заплатит оставшиеся 25%.
— Не работаешь ни там, ни там – получи в среднем 17,000 (сумма варьируется, исходя из регионального прожиточного минимума)
— Неработающий пенсионер? – 14,000
— Имеешь двое детей? Получи еще 28,000

Средняя зарплата в России в 2019 г. составила 44,000 рублей. За вычетом НДФЛ – это 38,000 рублей. 75% – это 28,000 тыс. рублей. Весь пакет материальной помощи населению можно оценить в 3.2 трлн в месяц. Если карантин растянется на два месяца – то это 6.4 трлн. рублей. России вполне по средствам оказать подобную помощь. У нее есть достаточно ресурсов, например, стабфонд, который на 1 сентября составлял 13.3 трлн рублей – это менее половины стабфонда. Как показал опыт других стран, кто помогал населению пережить пандемию, это не привело к всплеску инфляции. Я привел пример Аргентины, которая на начало пандемии находилась в куда более тяжелом экономическом состоянии, чем Россия, – двухлетняя рецессия плюс дефолт. Тем не менее, правительство нашло ресурсы и уже 7 месяцев активно поддерживает население. Россия намного богаче, чем Аргентина, и тем более сможет помочь своим гражданам во время пандемии.

Почему критически важно материально поддержать население? Нужно понимать, что карантин направлен, прежде всего, на спасение небогатых и социально незащищенных людей. Богатые и квалифицированные и так могут себя защитить в случае ухудшения ситуации. У них есть достаточно накоплений, чтобы, например, уйти в недоплачиваемый отпуск и пересидеть пандемию. Или уровень их квалификации позволяет работать удаленно из дома. У подавляющего большинства россиян нет ни накоплений, чтобы просидеть несколько месяцев дома, не работая, ни работы, которую можно делать удаленно. Строители, водители, официанты, рабочие, уборщицы и т.д. просто не могут делать свою работу по зуму. В марте этого года у двух третей россиян вообще не было накоплений, а у 21% из тех, у кого накопления были, их хватило бы на месяц и меньше. То есть в марте как минимум 75% россиян не могли пережить карантин без помощи государства. Сейчас ситуация хуже, чем в марте, бедных стало больше, среднего класса – меньше. На настоящий момент порядка 80-90% россиян нуждаются в помощи государства, чтобы пережить двухмесячный карантин. И в этом смысле проще обеспечить материальную поддержку всем, по вышеописанной мной схеме, чем попытаться выделить те 10%, которым эта поддержка точно не нужна. Многие богатые и так не будут за ней сами обращаться.

Если мы не введем обязательный карантин, то это некая форма социального дарвинизма – мы спасаем только богатых и тех, кого государство считает нужным спасать. Например, сотрудники RT уже давно сидят на удаленке, государство выплачивает им 100% зарплаты. Их государство спасает. А остальные граждане, вынуждены ежедневно рисковать жизнью, потому что это единственный способ для них заработать на кусок хлеба. Им государство как бы объявляет – вы, социальный мусор, мы не будем тратить ни копейки, чтобы вас спасти. Выживайте, как знаете.

Описанные мною меры — это не только про то, чтобы сберечь десятки тысяч жизней. Мы также сбережем экономику. Пандемия так и так приведет к резкому спаду экономической активности. Я вижу, как новосибирские компании моих знакомых катятся в пропасть, потому что сотрудники массово болеют. Скоро рестораны и магазины опустеют – народ будет и сам бояться туда ходить. Именно такая стратегия убивает экономику. Компании разорятся, а сотрудники потеряют работу. Понадобится время на открытие новых компаний, поиск сотрудников. А если фирмам и работникам помочь сохранить связь, если государство возьмет на себя выплату 75% зарплат, то как только ограничения будут сняты, все опять быстро заработает. И мы сбережем и жизни, и экономику.

Оригинал