Государственная Дума ФС РФ приняла в первом чтении поправки в Уголовно-процессуальный кодекс РФ, касающиеся избрания и применения таких мер пресечения, как залог, запрет определенных действий и домашний арест.

Проект федерального закона «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (в части избрания и применения мер пресечения в виде залога, запрета определенных действий и домашнего ареста)» был внесен группой депутатов, указавших, что альтернативные заключению под стражу меры пресечения обеспечивают права личности, исполнение общепризнанных международных норм права, повышение эффективности уголовного преследования и экономию средств федерального бюджета.

В пояснительной записке указывается, что ни залог, ни домашний арест не стали реальной альтернативой заключению под стражу. В период с 2010 по 2014 г. доля удовлетворенных судами ходатайств об избрании мер пресечения в виде залога и домашнего ареста не превысила соответственно 0,42 % и 2,43 % от общего числа удовлетворенных ходатайств об избрании мер пресечения, применяемых по решению суда.

Эти обстоятельства во многом обусловили принятие «пилотного» Постановления ЕСПЧ от 10 января 2012 г. по жалобам № 42525/07 и № 60800/08 «Ананьев и другие (Ananyev and others) против Российской Федерации», которым была констатирована структурная проблема национальной системы содержания под стражей. Одним из направлений по исполнению данного постановления определено более широкое применение альтернативных мер пресечения.

В связи с этими причинами гл. 13 УПК РФ предполагается дополнить новой мерой пресечения – «запрет определенных действий», предусматривающей возможность ограничения прав и свобод обвиняемого (подозреваемого), за исключением его изоляции в жилом помещении. При этом данная мера пресечения должна избираться по решению суда в порядке, установленном ст. 108 УПК РФ.

Законопроект предусматривает также изменения в ст. 107 УПК РФ, согласно которым домашний арест будет заключаться в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает, с осуществлением за ним контроля. Если в рамках данной меры пресечения будет установлен запрет выхода из жилого помещения в определенное время, то к одному дню содержания под стражей должны приравниваться два дня ее применения, при более мягком ограничении передвижения (например, запрет посещения определенных мест) – три дня.

Внесение в УПК РФ указанных изменений, полагают депутаты, будет способствовать расширению практики применения альтернативных заключению под стражу мер пресечения.

Адвокат Омской областной коллегии адвокатов, председатель Совета молодых адвокатов АП Омской области Евгений Забуга предупреждает, что действительно благая по своей природе и форме идея законодателя станет очередным случаем отягощения положения стороны защиты в уголовном процессе.

По мнению адвоката, «мера пресечения в виде запрета определенных действий схожа с нормой о домашнем аресте, поскольку законодатели предлагают закрепить в ней, в частности, обязательство лица не выходить за пределы жилого помещения в определенные периоды времени, а также отправлять и получать почтово-телеграфные отправления. Таким образом, скорее происходит замена наименования меры пресечения при ее прежнем содержании».

Кроме того, путем внесения дополнения в статью о залоге предлагается при избрании последнего судом, по ходатайству стороны обвинения, дополнять залог еще и обязательствами по соблюдению запретов. Хотя в пояснительной записке указано, что это вызвано несовершенством нынешней нормы о залоге, поскольку в ней не названы обязательства, которые лицо не вправе нарушать, Евгений Забуга отмечает, что «из системного и телеологического толкования норм УПК РФ ясно, что обвиняемому нельзя нарушать то, что прямо указано в ст. 97 УПК РФ».