"Никогда такого не было, и вот опять", - захотелось сказать сегодня ночью вслед за бессмертным Черномырдиным, когда я поняла, что это - землетрясение. Но такое уже было.
Семь лет назад я обнаружила себя стоящей ночью посередине спальни в нашей итальянской квартире. Как я проснулась и там оказалась, я не знаю. Пол под ногами ходил ходуном. Люстра раскачивалась с хорошей амплитудой. Телевизор подпрыгивал на подставке, стуча по ней то правым, то левым углом. В кухне звякала посуда. Из своей комнаты показался взъерошенный сын.
"Землетрясение, - сказала я. - Немедленно одеться, взять документы, лекарства, деньги, воду, выйти из дома, отойти на расстояние, не меньшее, чем половина высоты дома".
Землетрясение в Италии: десятки погибших
У меня в анамнезе есть военная кафедра, и в моей голове всегда хорошо держатся лишние знания (при этом я почти никогда не помню, где оставила очки). Кто бы мог подумать, что через 30 лет мне может пригодиться сданный экзамен по поведению в моменты катастроф и стихийных бедствий?!
Хочется надеяться, что остальные знания - вроде расположения войск армии воображаемого противника и зон поражения при атомном взрыве - мне не пригодятся.
"Тут часто бывает..."

В общем, секунд через 30 я стояла в коридоре в накинутом поверх ночной рубашки плаще и с сумкой через плечо с документами, лекарствами и двухлитровой бутылью воды.
Рядом топтался сын, в джинсах, футболке и зашнурованных кроссовках, что очевидно доказывает стрессовость ситуации: в нормальных условиях он никогда их не завязывал. Из карманов джинсов торчал мобильный телефон и плеер.
На шее висели наушники и подаренный ему на день рождения две недели назад фотоаппарат. В общем, это были на тот момент все его ценные вещи. Муж в джинсах и босиком искал носки. Дом ощутимо потряхивало.
- Скорее! - сказала я мужу, - что ты копаешься?
- Да, - говорит, - носки не могу найти. На улице, кстати, было градусов двадцать, и обморожения без носков явно не случилось бы.
Прошло минуты две-три. Нас тряхануло еще раз.
- Ну?! - закричали мы с сыном, - скоро?
- А где у нас ножницы? - спросил муж.
- Ножницы? Ножницы?! Зачем они тебе?
- Да, понимаешь, нашел носки, но они новые, сшиты ниточкой, нечем разрезать...
- Так разорви!
- Нет, ну что ты, дырка же будет...
В общем, минут через 10 мы были полностью готовы на выход. Выйдя из квартиры и заперев дверь, я нажала кнопку лифта.
- Родители, вы с ума сошли?! - сказал сын, - лифтом пользоваться нельзя!
Точно, нельзя. Как-то об этом на экзамене не было сказано, а вроде бы очевидно...
Мы спустились пешком на улицу. На тротуарах кучками стояли итальянцы в пижамах и ночных рубашках. Все оживленно беседовали. Из дворов на большой скорости выезжали машины и мчались куда-то в сторону автострады.
Стадное чувство - великая вещь. Мы поняли, что нам тоже необходимо ехать, и сели в машину. Но вот только - куда ехать?
- Поехали к профессору. Спросим у него, что делать, - предложил муж.
Профессор жил здесь уже много лет и, по нашему разумению, должен был все знать.
Мы подъехали к его дому. Во всех окнах было темно. Там очевидно спали. Постояв под окнами, мы все-таки решили позвонить.
Сонный профессор сказал: "А, да, трясло, это тут часто бывает... У нас стакан разбился, на краю стола стоял... Ну, ничего, он старый был уже, не жалко!"
Мы поехали обратно. На улицах было оживленно. Предприимчивые итальянцы открыли кафе - расположенные на тех первых этажах домов, которых надо было бы опасаться.
В кафе кипела жизнь. В нескольких местах работали автолавки с поркеттой - копченой свининой, очень ароматной и вкусной. Возможность хорошо поесть итальянцы не упустят даже в момент землетрясения.
Покатавшись по улицам минут сорок, мы поняли, что жизнь затихает и народ расходится по домам. Мы поехали досыпать. В подъезде сын строгим голосом сказал: "Я надеюсь, вы понимаете, что на лифте ехать нельзя?!" Тащиться на седьмой этаж по лестнице было лень, но под его строгим взглядом мы пошли пешком.
Утром выяснились масштабы бедствия. Погибли более 300 человек. Прекрасная Аквила была разрушена. Мы поняли, куда мчались машины ночью: узнав, что трясет Аквилу, город, где учится огромное количество местных студентов, многие поехали туда за детьми. Те, кто выехал быстро, успели до того, как город был оцеплен полицией. После этого туда уже не пускали.
Поехав на следующий день в аэропорт Рима, мы видели полицейские кордоны на дорогах на съездах в Аквилу. Нам встретился большой грузовик, полный пустых гробов. Его в город пропустили.
"Примерно 4,5"
Сегодня ночью нас трясло все-таки немножко поменьше: Аматриче чуть дальше от нас, чем Аквила. Через минуту после первого толчка в нашей спальне возник совершенно одетый сын, на этот раз уже с женой - обычно детям требуется гораздо больше времени, чтобы собраться. Мы вышли на балкон. В некоторых окнах горел свет. На улицах было пусто, только на тротуаре сидели наши приятели из соседнего дома. Они приехали сюда недавно, и это - их первое землетрясение. В руках у них была сумка с документами. Наверное, у них в институте тоже была военная кафедра.
Непонятно было, выходить из дома или нет? С одной стороны, страшновато, толчки были довольно сильные. С другой - но ведь они уже были... Мировые сайты землетрясений показывали 6,4 балла. Итальянские - не показывали ничего, информация на них появилась только через полчаса. Звонить профессору мы в этот раз не стали. Как выяснилось утром, он даже не счел нужным встать. "Понимаете, - сказал он, - когда я решил тут поселиться, я изучил карту сейсмоактивности. Разлом проходит дальше". Профессор, - что с него взять.
Мы так и не вышли из дома. Погоняв по новостным сайтам, через час мы разошлись спать. В этот момент еще раз сильно тряхнуло. "Примерно 4,5 - сказал муж, не открывая глаз". Я опять открыла сайт землетрясений. Почти угадал - 4,6.
"Как все-таки обрастаешь барахлом с годами, - сказал муж. - В прошлый раз у нас в спальне в шкафу грохотали пустые вешалки. А теперь набили шкаф - и тишина". А я подумала, что, если бы в этот раз я пошла собирать лекарства, мне бы на это потребовалось не меньше часа...