Арсеньевские вести - газета Приморского края Книги от издательского дома Водолей
архив выпусков
 № 31 (1011) от 31 июля 2012  
перейти на текущий
Обложка АрхивКонтакты Поиск
Почтовый индекс по России: 15543Online подписка на Арсеньевские вести
ЗАЩИТА ПРАВ

Почему адвокаты бывают «карманными»?

Наталья ФОНИНА

Суды всё чаще принимают решения в угоду коррумпированной системе. О том, какую роль играют адвокаты в подобных случаях, на вопросы журналиста Натальи Фониной отвечает председатель адвокатской палаты Приморского края Борис Петрович Минцев.

– Какие кардинальные повороты претерпели современная судебная система и адвокатура за последние 10-20 лет?

– Во-первых, прошла реформа судебной системы: появились мировые судьи, которые взяли на себя львиную долю рутинной работы по гражданским, административным и мелким уголовным делам. Начал работать Конституционный суд, что позволило приводить в соответствие с Конституцией многие правовые акты и законы. И результатом стало много новшеств.

Например, сейчас достаточно того, что работники СИЗО уведомлены о том, что адвокат вступил в защиту. Раньше адвокат отправлялся в Следственный комитет, чтобы добиться разрешения на посещение своего подзащитного в СИЗО.

– После того как адвокат получил свободный доступ в СИЗО, препятствовали ли работники СИЗО встрече подзащитного с адвокатом? Мне известно, что такие инциденты возникали…

– Если адвокаты ведут себя настойчиво, особых проблем с допуском в СИЗО не возникает. Еще два года назад случалось такое, что приходилось обращаться в прокуратуру – создавалось противостояние со стороны работников СИЗО, особенно в резонансных делах.

– Как в современной судебной практике реализуется равенство сторон, о котором говорится в законе о судебной системе? Каким образом на деле реализуется состязание сторон?

– В уголовном судопроизводстве равенство сторон, как я считаю, фиктивное понятие. На основании закона, равенство сторон якобы необходимое условие, но в реальности – никакого состязания в уголовном процессе нет. Уголовное судопроизводство штампует приговоры, будто под копирку. Такова общая тенденция, но, конечно, есть исключения из правил.

Как рассказывают адвокаты, судьи часто даже не обосновывают отказ в удовлетворении их ходатайств. Некоторые из адвокатов сталкивались со случаями, когда клише судебного решения к началу суда уже было заготовлено в электронном формате.

Что касается гражданских процессов, то там обстановка лучше. В них всё-таки реализуется состязание сторон, исследуется доказательная база. С другой стороны, в гражданских процессах адвокаты, я считаю, нередко сталкиваются с явно заказными делами – в таких судебных заседаниях судья, игнорируя убедительные доводы адвокатов, без всяких на то аргументов выносит решение.

Судебная система, как и другие органы, всё больше погрязает в коррупции. У судей нередко прослеживаются семейная преемственность в выборе профессии, родственные связи, знакомства и зависимость от наставников в профессии. Получается, что все эти маленькие «детали» заметно отражаются на судопроизводстве. Судья нередко становится марионеткой в чьих-то руках.

Причем судьи в основном – «выходцы» из правоохранительных органов и прокуратуры. Большая редкость, что судейское кресло занимает бывший адвокат. Председатель Высшего Арбитражного суда Антон Иванов ставил вопрос ребром на государственном уровне, говоря, что нужно менять «традицию» семейной преемственности судей, допускать в судейскую систему юристов «с человеческим лицом» – не зачерствевших в системе.

Президент России говорил об установке веб-камер в залах судебных заседаний, чтобы все судебные процессы впоследствии транслировать в Интернете и по телевидению. В цивилизованных странах такая практика широко используется. Гласность предостерегает судей от предвзятости и коррупции. Но пока это предложение так и не воплотили в жизнь.

В рамках работы Конституционного суда подследственный получил право на адвоката в кассационной и надзорной инстанции.

Я считаю, что эталоном демократичного состязательного суда является суд присяжных. В России суд присяжных начал работать в 1993 году. По статистике, он чаще выносит оправдательные вердикты, чем российские суды в составе коллегии или одного судьи. В 2009 году судом присяжных осуждено 1060 граждан, а оправдано 244. Это составляет 20% от общего числа вердиктов, вынесенных судом присяжных.

Я думаю, это очень большой процент. Он соответствует мировой практике: в других странах от 10 до 20% оправдательных приговоров выносят суды присяжных. Но, к сожалению, суд присяжных в России имеет ограничения – его выбирают только по определенным уголовным статьям. В Америке суд присяжных предусмотрен для рассмотрения многих гражданских дел – в случае, если сумма материального взыскания составляет больше 100 тысяч долларов. Я считаю, нужно расширить сферу применения суда присяжных в России.

– Случается, что на суд присяжных оказывают давление? Я присутствовала в судебном процессе по делу братьев Соболевых, где, как я считаю, на суд присяжных оказывали давление...

– На суд присяжных оказать давление гораздо сложнее. Но всё-таки, я думаю, такие случаи бывают. Если имеется возможность доказать, что на суд оказывалось давление, то в последующей инстанции можно говорить об отмене приговора.

– Какова вероятность того, что за решеткой окажется невиновный человек?

– Случаи, когда человеку инкриминируют не те преступления, в которых он виновен – увы, не случайность, а современная реальность. И всё дело в том, что суд не разбирается, а соглашается с тем, что написал в деле следователь. Конечно, задача адвоката – увидеть несоответствие предъявляемому обвинению и доказать в суде неправоту следствия.

Не исключаю, что случается, когда подзащитный явно невиновен в преступлении, которое ему откровенно и нагло «шьют». Многим сегодня известны уголовные дела, когда ловили серийных убийц, а на скамье подсудимых оказывались невиновные, потом совершались новые преступления с похожим «почерком», и следователи вновь искали преступника. Кроме того российские следователи пытаются сломать попавшего в их руки подозреваемого всякими способами – оказывают психологическое и физическое давление. Практика пыток существует на протяжении долгих лет, и пока – ничего не меняется.

В 2007 году создали новую структуру в следственных органах – Следственный комитет. На него возлагали большие надежды, как на независимое подразделение, призванное оградить от нарушений следствия. Но прошло не так много времени и следственный комитет превратился в прикормленную высшими чинами структуру, которая больше заинтересована не в законности проводимого расследования, а в покрывательстве ошибок следствия.

– Как часто в настоящее время выносят оправдательные приговоры в уголовных процессах?

– Оправдательные приговоры выносят крайне редко. Чаще суд идет на поводу у следствия. По Приморскому краю из общего количества дел оправдательных приговоров – 0,5%. Из них в кассационной и апелляционной инстанциях отменяется до 30% приговоров. Неправосудных приговоров намного больше, чем отмененных в пользу обвиняемого решений суда.

Не так давно отменили оправдательный приговор делу об аварии на «Нерпе». Одним из аргументов стороны обвинения было то, что в суде присяжных сторона защиты якобы вызвала у присяжных заседателей предвзятое отношение к органам следствия.

– Приходилось слышать о том, что некоторые адвокаты идут на сделку с совестью и нарушают адвокатскую этику. В частности, они становятся «карманными» адвокатами полиции, оперов из ОРЧ-4. Люди, которые жалуются по этому поводу, называют конкретные фамилии адвокатов.

При проведении следственных действий с участием задержанного Виктора Соболева (2010 год) присутствовал адвокат. На видео следственного эксперимента, которое я видела в зале суда, заметно, что Виктор избит, в подавленном психологическом состоянии, заикается, хотя проблем с речью у него никогда не было. Адвокат не выяснил у подзащитного причин такого его состояния.

Позднее у Федора был адвокат по договору Роман Рябий. Но когда этот адвокат настоял на внесении сведений о применении пыток к его подзащитному в протокол, Федора заставили под угрозами, как он рассказывал позже, отказаться от адвоката Романа Рябия, заменив его на адвоката по назначению Михееву. Михеева, со слов Федора, никаким образом «не противоречила» беззаконным действиям оперов.

При задержании Алексея Никитина присутствовал адвокат Н. Как позже расскажет Алексей Никитин, этот адвокат даже не посмотрел в его сторону, хотя задержанного перед этим пытали, и следы побоев были видны.

Что делать подозреваемым и обвиняемым, если к ним применяют пытки? И каким образом воздействовать на таких адвокатов, которые нарушают адвокатскую этику?

– К сожалению, карманные адвокаты существуют – помимо юридических знаний, многое зависит от человеческих качеств адвоката. В прошлом году одного из адвокатов по причине того, что она «подыгрывала» следствию, лишили статуса адвоката. Прошлой весной вынесено предупреждение адвокату Михеевой. Жалобу по поводу адвоката Н. сначала написала мать Алексея Никитина, потом – Алексей Никитин. Жалоба разбиралась на комиссии в коллегии адвокатов. Но виновность адвоката не доказали, потому что Алексей утверждал в своем заявлении, что к нему применялись пытки, а адвокат говорил, что не заметил следов побоев. Вообще, пытки зачастую доказать сложно, потому что опера бьют так, чтобы не оставалось следов.

– Но если имелся документ, оформленный, по словам Никитина, задним числом, то это, наверное, можно было доказать?

– Этот вопрос поднимался на комиссии. Но адвокатская этика не позволяет об этом говорить, потому что это наши внутренние вопросы, которые мы не оглашаем публично. (Кто тогда будет принимать решение на этот счет, если все молчат, действуя согласно, как говорят, адвокатской этике? – прим. авт.). Для того, чтобы жалоба была доказуемой, лучше прилагать подтверждающие документы.

– Профессия адвоката сопряжена с риском. Каким образом Коллегия адвокатов Приморского края в этом плане оказывает поддержку своим сотрудникам?

– На днях одного из адвокатов не пустили в колонию, что находится в городе Уссурийске. Не поверили, что его удостоверение действительно. Сотрудники колонии позвонили в управление юстиции. Там сказали, что такой адвокат действительно работает. Но это подтверждение не истребило сомнений у сотрудников колонии. И они отвезли адвоката в полицейский участок, чтобы устанавливать личность. Потом отпустили. По этому поводу мы написали жалобу в прокуратуру.

Скандальный случай произошел на прошлой неделе после того, как из Приморского краевого суда исчезли три тома уголовного дела «приморских партизан». К адвокатам Олесе Моисеевой и Елене Мыльниковой, которые работают по делу адвокатами по назначению, пришли с обыском.

Судья выдал разрешение на обыск, в котором не было указаний на неотложность, но говорилось о том, что решение может быть обжаловано. Но обжаловать решение суда никто бы просто не успел, потому что к адвокатам сразу же пришли и обыскали.

Если действовать согласно правовой стороне расследования, то нужно было проводить обыски, помимо адвокатов, у секретаря суда. Ведь за сохранность уголовных дел отвечают сотрудники краевого суда и подразделения судебных приставов. Почему адвокаты под подозрением, а все остальные – нет?

Адвокаты знакомятся с уголовным делом в присутствии секретаря – фотографируют страницы уголовного дела. В комнате установлены камеры наблюдения. Решение суда о проведении обысков у адвокатов обязательно будет обжаловано, а также будет написана жалоба в прокуратуру Приморского края.

Наталья ФОНИНА


Другие статьи номера в рубрике Защита прав:

Разделы сайта
Политика Экономика Защита прав Новости Посиделки Вселенная Земля-кормилица



Rambler's Top100