Арсеньевские вести - газета Приморского края Книги от издательского дома Водолей
архив выпусков
 № 11 (991) от 13 марта 2012  
перейти на текущий
Обложка АрхивКонтакты Поиск
Почтовый индекс по России: 15543Online подписка на Арсеньевские вести
ВСЕЛЕННАЯ

Жизнь без протокола

Дмитрий Бабченко

СТАЛКЕР – бомж. Лицо без определённого места жительства. Бич по убеждениям или, как говорили когда-то, бич-секач. В наши места прибыл в мае 1995 года. Ехал сюда из Нерюнгри, в пути украли все документы, где-то в тайге попал в рабство, бежал с риском для жизни, уходил от погони по сопкам – благо, сам в лесу провёл почти всю жизнь.

В прошлом – красноярский турист, спелеолог, скалолаз-«столбист». Был на оборонном заводе благополучным электриком с техникумом за плечами. Не смог жене простить измену, после развода ушёл работать пожарным-парашютистом в лесоохрану. Учился выживанию в самых экстремальных условиях, даже в пустыне. Сделал 155 прыжков с парашютом, многие из них – на горящую тайгу. При взгляде на его лицо у любого продавца, кондуктора, блюстителя порядка первая реакция – «рожа протокольная!» На носу у него три косых шрама, но получены они не криминальным путём. Десантировался на пожар по канату, а вертолёт над огнём стал терять тягу и перешёл в горизонтальный полёт. Пожарного протащило сквозь кроны деревьев – спасибо, глаза уберёг. Оттого Сталкер канату всегда предпочитал парашют.

Был в Чернобыле, ликвидировал последствия землетрясения в Спитаке и Ленинакане (с опытом спелеолога пролезал в самые гиблые полости в руинах). Страшнее всего было выпиливать из завалов погибших, когда родственники хотели поскорее их погрести…

Александр АБРАМОВ, так его зовут, пишет очень неслабые стихи. Даже учился пару лет заочно в Литературном институте имени Горького, да забросил. Лично знаком с несколькими красноярскими писателями, в том числе с Александром БУШКОВЫМ. На озерце под Шмаковкой однажды умудрился перекинуться парой фраз с вышедшим на рыбалку СОЛЖЕНИЦЫНЫМ, ехавшим в Москву через Приморье.

Сталкер много путешествовал автостопом, входил в братство вольных путешественников (в то время они предпочитали себя называть драйверами). Этого человека знают журналисты, туристы, барды, байкеры и кое-кто в богемных кругах (литераторы, художники и т.п.) в Иркутске, Чите, на БАМе, в Хабаровске и Владивостоке. В нашем городе он стал своеобразным живым талисманом бард-фестиваля «Берег Грина» - правда, ряд последних лет он обитал в Фокино, «зависнув» там после байк-слёта «На краю земли».

Я был страшно удивлён, узнав, что Александр – 1942 года рождения. Действительно, он рассказывал об армейской службе в начале 60-х. Ему без году 70 лет!


Сталкер, который живёт на крыше

Когда-то давно он сочинил такие строки:

Дай мне Бог умереть достойно.

Не торгуясь и не дрожа.

Не в постели и не за стойкой –

В переулочке от ножа.

Дай мне Бог умереть случайно.

Не завистник, соперник, враг –

Душу с телом пусть разлучает

Незнакомый пьяный дурак.

Дай мне Бог умереть при звёздах –

Чтоб искрились в лучиках глаз…

Чтоб холодный и свежий воздух

Затянулся в последний раз.

Чтоб ей долго не говорили,

Чтобы думала – разлюбил.

Чтоб хоть как-нибудь схоронили.

Чтоб хоть кто-нибудь проводил.

…Да вот не сподобил Бог. В конце мая Сталкер получил по голове рукоятью нагайки, его долго гнали на пинках казаки-охранники с дачи, где он находился с разрешения хозяев – более того, спал в запертом (!) домике. В итоге Сашку хватил инсульт. Тут бы нагрузить по полной программе не в меру рьяных охранничков, да участковый при проверке так построил беседу (мол, «кому ты нужен без паспорта, никто тебя не защитит»), что человек с инсультом, сломанным пальцем руки, сотрясением мозга и в не сошедших ещё по телу синяках дал показания, что никто его не бил.

Мы слишком долго раздумывали, как без ущерба для репутации «реестровой» казачьей общины решить проблему Сашкиного здоровья. Их атаман от встречи не отказывался, но и желанием не горел, а я тонул в череде неотложных дел. Тем временем проверочный материал успешно миновал прокуратуру и «поезд ушёл». А вот громила в «камуфляже» с репутацией не вполне адекватного человека сделал из этой истории вполне чёткий вывод: бояться ему больше некого, атаман за него горой, полиция тоже, так что нагайкой он ещё помашет, как пить дать.

Остаётся спросить его начальников: а это ничего, что некоторые охранники, гордящиеся званием казаков, в рьяном исполнении долга калечат тщедушных стариков? Эдак они и дачников тузить начнут, ведь трудясь на своих участках, люди нередко одеты вполне непрезентабельно. …Ах да, ведь доказано, что никто ж никого не бил…

А в ответ на фразу «да кому он нужен» могу одно сказать: этого бича на Дальнем Востоке знает столько самого разного народу – дай Бог казачеству такой популярности. В случае какой беды с ним местная блогосфера просто взорвётся, и мало нашему городу там не покажется.

…В общем, у Сталкера началась череда мытарств. Рассчитывая заработать летом на восстановление паспорта, утраченного лет десять назад, Александр остался практически калекой. Не чувствует левую руку, с трудом восстановил речь – плохо слушается язык. Хозяин дачи, ясное дело, боялся, как бы постоялец не «дал дуба» прямо на его участке. У самого жена – инсультница, живут на полторы пенсии. Так что Саня ушёл в город. Добрые люди хотели было его пристроить в работники, да увидели, что он инвалид. Несколько ночей ночевал на голой крыше гаража, укрываясь тряпьём. Пару дней жил в гараже. Сейчас ютится у знакомых на летней кухне, заваленной всяким железом. Мы его умыли-приодели, пошёл он в миграционную службу подать заявление на паспорт – но, по его словам, от здания его прогнали, «не прошёл фэйс-контроль». Раз так, то уж пусть лучше документы ему выправляют социальные работники.

История эта ещё не закончилась, но медики оказались на высоте: конечно, ужасаясь и недоумевая, как можно годами жить без паспорта и полиса – но к проблеме бича-инвалида подошли без формализма. Возможно, и оттого, что с хлопотами за него пришёл газетчик. Хотя главврач Александр ИВАНОВ справедливо и резко заявил о своей позиции: «Конечно, по медицинской части мы поможем. Вот только дачники нанимают этих людей, как бесправных рабов, а потом – норовят с себя сбросить ответственность за их здоровье! Поверьте, у нас это не первый случай». Суть точна, хотя хозяин дачи и не успел извлечь особых выгод от проживания Сталкера. А вот жизнь ему определённо спас, дав кров, когда в ноябре Саня остался на улице. Сам его кормил и, как мог, лечил.

Заведующая поликлиникой Ирина Ивановна сама обзвонила врачей, попросив бесплатно продиагностировать бесполисного кандидата в Дом сестринского ухода. Главврач Южно-Морской больницы Ирина Анатольевна ОДИНЦОВА только просит найти подтверждение, что последний паспорт Александру Абрамову точно был выдан в Находке (сам видел его паспорт году в 1996-м) – это даст гарантию, что её соцработник в Доме сестринского ухода будет в состоянии выправить «клиенту» и паспорт, и полис, и хоть какую-то пенсию.

Теперь мы со Сталкером ходим по врачам. Да, всё это не быстро: надо сдать анализы, пройти медкомиссию. А ночевать-то негде! Пока перебивался ночлегами где придётся – заболел животом, попал в инфекционное отделение (к слову, никогда он не питался отбросами, в последние дни, тем более). Люди оборачиваются, морщат носы. Но я Сталкера не стыжусь. Просто бич – это иная психология, склад характера. И я немного представляю, чем дышит душа под этой потрёпанной одёжкой, что варится в котелке под этими нечёсаными сединами. На днях он выдал новое стихотворение:

Выл волк на луну:

- Ох, худо мне, худо.

Ох, плохо мне, волку.

Выл волк на луну, выл долго-долго.

И луна погасла. Пожалела волка.

Хотя какой уж тут волк. Трудился много, жил не скучно, о старости не думал – уж так был научен. Старый больной бич, вольное, но такое нерасчётливое порождение погасшей эпохи строителей «светлого завтра».

Как не запомнить поэта, сочинившего такие строчки:

Разорву воротник. Приспособлю под голову кочку.

В рот залью ледовитой небесной воды.

Я сегодня устал. Я едва дотащился до ночи.

Капли пота - как птицы в колючих кустах бороды.

Я пишу эту повесть широким размером сказаний.

Это зрелый размер. Это говор дремучих лесов.

Я на солнце гляжу раскалёнными, злыми глазами.

А потом закрываю глаза на железный засов.

И лежу в тишине. Только кровь куролесит.

Зверь обходит меня, облетает меня вороньё.

Я серьёзен. Я камень. Я всё перетрогал и взвесил –

И всего тяжелее раздетое сердце моё.

Подлечить бы только инсульт, да повезло бы с очередью в интернат общего типа для престарелых и инвалидов.

Проблема, однако, видится в том, что в нашем обществе нет надёжно действующей системы, помогающей таким людям. Нет структуры, которая бы предоставила одинокому престарелому человеку, инвалиду или бомжу оплачиваемого работника или добровольца-волонтёра, чтобы пройти с ним всех врачей и все инстанции для прохождения медкомиссии, восстановления документов, для поиска родственников, для направления на лечение или на проживание в интернат. Ведь этих людей отфутболивает любой чиновник при первом взгляде на них! Из-за того, что заниматься проблемами Сталкера мне приходится в своё рабочее время, мы медкомиссию проходим уже дольше трёх недель!

Дмитрий Бабченко


Другие статьи номера в рубрике Вселенная:

Высказать свое мнение о статье:
Ваше имя:

Ваш комментарий: (не более 1500 знаков)    
Любой пиар и антипиар с форума будет удаляться. Просим писать по существу и не переходить на личности.
-- Редакция "АВ".
Разделы сайта
Политика Экономика Защита прав Новости Посиделки Вселенная Земля-кормилица



Rambler's Top100