Арсеньевские вести - газета Приморского края Книги от издательского дома Водолей
архив выпусков
 № 10 (521) от 6 марта 2003  
перейти на текущий
Обложка АрхивКонтакты Поиск
Почтовый индекс по России: 15543Online подписка на Арсеньевские вести
ЗАЩИТА ПРАВ

Храните деньги в сберегательной кассе (опупея)

Марина ЗАВАДСКАЯ

Был такой лозунг давным-давно, когда у нас в стране конкуренции не было. Но если летать можно было действительно только самолетами «Аэрофлота», то в вопросе хранения денег конкуренция все-таки была: можно было их хранить «в чулке».

Государству это было страшно неудобно (из чужого чулка не так-то просто вытащить содержимое), поэтому оно решило «воспитать клиента», т.е. сделать так, чтобы «чулок» стал экономически не выгоден.

Так прошли «денежные реформы» 1947 и 1961 годов: все, что было в «чулках», пропало, в результате граждане (те, что не тронулись умом после превращения их денег в бумажную труху) с большим доверием стали относиться к сберкассам. Тем более что третий, более надежный способ хранения сбережений (доллары), преследовался по закону.

Потом наступила Перестройка, и от последующих денежных реформ и прочих забав выиграли только те, кто действительно быстро перестроились и стали хранить деньги тем самым, третьим способом: в долларах. Остальные граждане оказались в полном прогаре, потому что сгорело не только содержимое «чулков», но и сберкнижек.

Правда, государство пообещало когда-нибудь вернуть накопления со сберкнижек гражданам. Но не просто так вернуть и не всем, а только тем, кто поиграет с государством в игру «ну-ка доживи» - и выиграет.

Вот Мария Васильевна Чугреева не выиграла - не дожила. К середине восьмидесятых она накопила на четырех сберкнижках около трех тысяч рублей - для времени, когда зарплата 120 рублей в месяц считалась очень неплохой, три тысячи рублей были серьезными деньгами. Вот Мария Васильевна и говорила своей дочери Нине Петровне Емельяновой, что накопила немного денег на похороны, так что беспокоиться не о чем. Нина Петровна не хотела, чтобы ее мать беспокоилась, и не сказала ей, что все ее накопления пропали.

Но вот 20 марта прошлого года, через 8 лет после смерти матери, Нина Петровна услышала по радио, что могут получить компенсацию по вкладам лица, рожденные в 1931 году. Это год рождения Нины Петровны, а поскольку мать завещала дочери свои вклады, значит, пришла пора их получить.

Гражданка Емельянова отправилась в сбербанк. Там ей сказали, что наследство нужно оформить через нотариальную контору, поскольку прошел срок подтверждения наследства - полгода после смерти матери. Вообще-то в сберкассе, когда М.В. Чугреева оформляла наследство, могли бы и сказать, что нужно делать наследнице и в какие сроки, но что об этом вспоминать сейчас, 8 лет спустя!

Впрочем, в сбербанке посетительнице оказали некоторую любезность и сообщили, что на 1.01.2000 г. общая сумма на книжках М.В. Чугреевой была 151 руб. 87 коп. И странное дело: когда убирали «нули», у наследников не спрашивали разрешения, и нотариус был не нужен.

Итак, Н.П. Емельянова пошла на Фокина, к нотариусу. В конторе ей посоветовали подать заявление в суд, чтобы продлить срок принятия наследства, написали за заявительницу заявление (за деньги), посоветовали адвоката (за деньги), сказали, какие документы нужны для суда (в количестве 9 штук).

19 апреля суд признал гражданку Емельянову наследницей, 7 мая она получила об этом справку.

13 мая Нина Петровна пошла с этим документом в сбербанк, но оттуда ее отправили снова к нотариусу. Как сказали ей в конторе, необходимы копии всех книжек, свидетельств и т.д. Поскольку копии, сделанные ранее (за деньги), были оставлены в суде, пришлось наследнице снова все копировать (за деньги).

Наконец 27 мая в нотариальной конторе Нине Петровне дали справку о наследстве, и она пошла в сбербанк. Там подняли архив 1994 года (год смерти матери), и оказалось, что М.В. Чугреева еще одну сберкнижку завещала С.Е. Митрофановой, внучке (дочери Н.П. Емельяновой), так что если Нина Петровна хочет получить и эти деньги (7 руб. 94 коп. на конец 1998 года), то пусть ее дочь напишет отказ от наследства в пользу матери. Но дочь, настроенная более скептически, отказалась предпринимать какие бы то ни было действия и матери не советовала: бесполезно, дескать, все это.

Но поскольку Нина Петровна уже на пенсии и время у нее свободное есть, она все-таки решила довести процесс до конца.

3 июня она пришла в сбербанк снова. Ей дали кучу бумажек, где надо было написать, что она наследница, переписать все номера счетов, адреса и фамилии ее и матери. А потом сказали, что в банке нет денег для компенсации.

7 июня Нина Петровна пришла в сбербанк к открытию. Ее заявление долго искали, а потом сказали, что все данные о наследстве отправили в центральный банк на утверждение. Утверждение же это должно прийти не в сбербанк, а в ту же самую нотариальную контору, и вот с этим решением наследнице и предстоит прийти в сбербанк и получить наследство.

24 июня Нина Петровна пошла к нотариусу, и ее обрадовали: сказали, что решение из Центробанка будет только месяца через два.

29 июля Нина Петровна снова пришла к нотариальной конторе и увидела объявление, что контора закрыта, все ушли... не на фронт, конечно, а в отпуск, так что кому срочно надо, езжайте на Вторую Речку. Но наследница решила, что ей не срочно, лучше подождать 3 сентября, когда отпускники выйдут на работу.

6 сентября Нина Петровна пришла... Вам не надоело это читать? А представьте, как Нине Петровне надоело ходить!

Итак, Нина Петровна пришла в контору, и ей сказали, что документ еще не получен.

И вот тут наследница позволила себе слегка усомниться. И в тот же день позвонила - благо дома есть телефон! - напрямую в Центробанк. Так и оказалось: ей сообщили, что все необходимое выслали еще 23 июля в нотариальную контору.

Нина Петровна решила слегка облегчить себе жизнь и не пошла в контору, а позвонила туда. Ей ответили, что, возможно, документ получила та нотариус, которая их замещала, пока они были в отпуске, так что поищем и позвоним.

Конечно, звонка Нина Петровна не дождалась и позвонила сама 27 сентября. Наконец ей сказали, что можно приезжать за справкой!

30 сентября она поехала в контору, получила справку, в которой было подтверждение, что она наследница и имеет право получить вклады, завещанные ее матерью Чугреевой Марией Васильевной.

Нина Петровна сразу же пошла в сбербанк, но там ей сказали, что уже поздно, они делают отчет, и денег все равно нет, так что приходите 4-го октября и принесите свидетельство о рождении матери и копию свидетельства о ее смерти.

И тут Нина Петровна позволила себе вспылить, бросить материны сберкнижки в окошко и сказать: «Да провались все пропадом!» Но провалиться пропадом не дали. Кассир позвала заведующую, та вышла в зал и поговорила с наследницей. Все-таки в сбербанке работают такие же люди, как все, и они ничуть не виноваты в фортелях государства, которому служат.

Нине Петровне было назначено прийти 4 октября к 11 часам. Она пришли и... ее попросили погулять еще 2-3 часа.

Она пришла в 14 часов, и оказалось, что ей уже все оформлено! Тем не менее с нее взяли указанные 30-го сентября копии документов (в общей сложности траты наследницы составили 1200 рублей), дали заполнить 7 или 8 квитанций, и наконец выдали причитающиеся ей наследство - компенсированное и индексированное.

Оно составило три тысячи сто пятьдесят два рубля.

Ну что, будем хранить деньги в сберегательной кассе?

Марина ЗАВАДСКАЯ.

P.S. Кстати, на одной из сберкнижек М.В. Чугреевой осталось 356 рублей, поскольку часть этого вклада Мария Васильевна завещала не дочери, а внучке. На вопрос Нины Петровны, когда же ее дочь, а бабушкина внучка, сможет получить эти деньги, ей ответили: когда будут давать компенсации по вкладам лицам 1953 года рождения.


Другие статьи номера в рубрике Защита прав:

Обсудить статью. (Обсуждений: 6)
Разделы сайта
Политика Экономика Защита прав Новости Посиделки Вселенная Земля-кормилица



Rambler's Top100