Вселенная
“Плод милосердия остается всегда не увядающим”
Маргарита ПАРХОМЕНКО
Из Парижа пришло драгоценное письмо от русских соотечественников, которые принимают участие в проекте “Пространство культуры”. Олег Владимирович сильно хворал, “встал только к прибытию Патриарха Алексия II “ - пишет Альма Кесельман (секретарь русского киноклуба “Жар-Птица”). - Впервые в истории русский Патриарх приехал во Францию.
Мы с Олегом были на всех встречах - в нашей церкви Rue Petel и в соборе Парижской Богоматери, где его встречал парижский архиепископ - выносил Терновый венец. Собор был переполнен, на паперти тоже была толпа, и встречу передавали на большом экране. Вечером был прием в старинном зале “Консъержи”. На следующий день я уже одна поехала за его Святейшеством на кладбище “Сент-Женевьев де Буа”.
Посреди кладбища поставили белую палатку - алтарь, и была панихида по всем усопшим. Заходили также в церковь, потом в Русский дом.
В Noter Dame de Paris состоялся молебен, можно только угадывать, какое это было судьбоносное событие для русских, наших соотечественников, проживающих во Франции. Собор особый, он строился 200 лет, собор намоленный. Я была там несколько раз, и самое сильное потрясение, которое там испытываешь - это радость от сияния красок, которые ослепляют и завораживают солнечной позолотой, а витражные картины блестят всеми цветами радуги.
Кто-то сказал, что готический собор - это грандиозная симфония, где каждая деталь звучит согласованно, - свет и мрак, камень и стены. В таком храме хочется приносить хвалу Господу! Зодчие трудились, чтобы человек здесь почувствовал, что он растворяется, исчезает, почва под его ногами становится неосязаемой и освободившийся от реальности дух устремляется в бесконечные миры, которых на самом деле существует великое множество.
Осип Мандельштам, который бывал в Нотр-Дам до гибели на нарах Владивостокской пересылки, писал:
Я ненавижу свет
Однообразных звезд,
Здравствуй, мой давний бред -
Башни стрельчатый рост!
Состояние неба меняется и соответственно меняются блески и оттенки в лучах света, проходящих через витражи окон. Прихожане испытывают мистическое ощущение, будто они на корабле, а вокруг раскинулось бесконечное море, через которое плывет этот корабль. В писании сказано: “Храм есть корабль”.
На площади перед собором, где проходили религиозные мистерии, уличные представления, здесь и казни устраивались. Даже в наше время можно увидеть это место - оно стало почти священным. Каждый уважающий себя гид, перед тем как рассказать о соборе Нотр-Дам, подводит туристическую группу к месту той далекой казни, отмеченному восьмилучевой звездой. По поверью, каждый кто встанет на эту звезду и загадает желание, будет непременно услышан Господом. “Но есть одно условие, – кричит гид туристам, устремляющимся к звезде на мостовой, – “Загадывайте Любовь! Всегда только Любовь”.
Я это к тому вспомнила, что внутри Собора из окон мощным, лучезарным потоком льется свет, который высекает из стекла каскады цветных искр. И это все погружает тебя в неземную ошеломляющую атмосферу, где царит одно чувство - Любовь. Может быть, поэтому в Нотр-Даме хорошо людям разных вероисповеданий - недавно сюда привозились православные иконы. По воскресеньям здесь устраиваются концерты классической музыки, где играют выдающиеся музыканты всего мира.
В 20 километрах от Парижа, под покровительством Святой Женевьевы, которая хранит весь Париж, есть место - Русское кладбище, где покоятся неприкаянные дети Отечества нашего. Было потрясающим увидеть однажды, громадные серые памятники белой гвардии, генералов и казаков, которые выстроились в шеренги, по-военному четко и строго. Но надписи на них радуют строчками пламенной любви к Родине. Стоит стон по недосягаемой родной земле.
Вот как писал поэт Николай Туроверов, всю жизнь занимающийся во Франции историей казачества:
Мы шли в сухой и пыльной мгле,
По раскаленной крымской глине,
Бахчисарай, как хан в седле,
Дремал в глубокой котловине.
И в этот день в Чуфут-Кале,
Сорвав бессмертники сухие,
Я выцарапал на скале:
Двадцатый год - прощай, Россия!
Под этими строчками могли подписаться те, кто покоится ныне на русском кладбище. Сам поэт похоронен недалеко от Ивана Бунина.
Владимир Ноговский пишет, что чем больше живешь за границей, тем глубже понимаешь, что мы все неисправимые идеалисты. Нам хочется верить в доброе и хорошее. В благодарную человеческую память. В ней эту веру поддерживает и маленькая церковь, стоящая на кладбище, и люди, работающие здесь, и сотни туристов, посещающих его, и Ангел, скульптура дивной красоты, - у одной из могил.
Я помню, в беседе со мной, священник Дионисий Поздняев (Москва) на II Тихоокеанском форуме соотечественников сказал, ратуя за объединение между нашими соотечественниками за рубежом и теми, кто живет в России: “Конечно, многие традиции у нас прерваны, и народ сильно испорчен. Но с другой стороны, внутренняя сила есть, чтобы полнокровнее возрождение шло. За рубежом эти традиции сохранились... Поэтому разделение надо всячески преодолевать.
Промелькнуло несколько лет… и стараниями многих духовных людей, Московский Патриархат и Русская Зарубежная Церковь, пройдя трудный и долгий путь, воссоединились. И многие понимают, что это Божья благодать, но нам еще трудно осознать значение этого события. На торжественной церемонии подписания акта о каноническом общении в храме Христа Спасителя 11 июня 2007 года Митрополит Лавр поцеловал руку Патриарху Алексию. По церковным правилам - это признаки верховенства Патриарха. Но вопрос, кто кому подчиняется, теперь должен вызвать жаркие споры. Есть осторожные, а есть и не согласные.
Вознесение или поражение?
В Лионе среди современных домов стоит маленькая церковь – православная. Весть о создании единой церкви восприняли как гром среди ясного неба. «Решение не простое и очень болезненное», - говорит отец Герман. Но события в Москве заставили его объявить о выходе из зарубежной церкви, и его приход не единственный кто так поступил. Москва сказала объединяться, заграница ответила расколом, и теперь кому-то по пути с Москвой, а кто решил пойти своим путем.
Вспомним историю давно минувших лет: в 1946 году многие священники поверили Сталину, откликнулись на призыв возрождать Россию, но тогда в Советском Союзе их ожидали тюрьма и каторга. Чем закончится нынешнее объединение – никто не знает.
Вечером дома у отца Германа (Иванов) вместе с прихожанами шло обсуждение новостей из России, и в светлый праздник Вознесения Христова настроение у собравшихся было не совсем светлое. Они поняли, что их опять предали. Та частичка дореволюционной России, те традиции, которые они хранили все эти годы (90 лет), теперь никому не нужны. Но не все эмигранты так категоричны – многие в эти дни специально приехали в Москву, чтобы лично принять участие в этом историческом событии в храме Христа Спасителя. Отец Максим присутствовал на церемонии, позже он делился впечатлениями: «Нам предстоит пройти непростой и не быстрый путь узнавания друг друга, но самое главное, что мы будем находиться по одну сторону».
Но и в России нет единства. Отец Михаил Ардов, воспитанник Анны Ахматовой, был священником Московской и Зарубежной церквей и отовсюду ушел.
По мнению отца Михаила, зарубежная церковь была хранителем истинного православия, но сейчас другие ценности – обряды по тарифу, посещение церкви – модное развлечение. “Подписание документа, говорит Михаил Ардов, еще не означает единства, впереди – главное испытание, раздел церковной собственности. Возникает вопрос: “Кто наследник? Правительство России, Московская церковь или эмиграция?”
Создание Единой Русской Православной церкви для одних – победа, для других – поражение. Вознесение или падение – ответа нет. Эксперты молчат, а священнослужители полагаются на волю Господа.
«Все дела человеческие разрушаются, а плод милосердия остается всегда не увядающим»
Святитель Иоанн Златоуст
Да поможет нам Господь!
Маргарита ПАРХОМЕНКО
(Проект «Пространство культуры»)
Другие статьи номера в рубрике Вселенная:
