Арсеньевские вести - газета Приморского края Книги от издательского дома Водолей
архив выпусков
 № 41 (500) от 10 октября 2002  
перейти на текущий
Обложка АрхивКонтакты Поиск
Почтовый индекс по России: 15543Online подписка на Арсеньевские вести
ПОЛИТИКА

Честь имеете? Тогда не всё пропало

Валерий КУЦЫЙ

Дело было в начале минувшего века. Один из великих князей (если не ошибаюсь, Сергей Александрович), находясь в Москве, пребывал в дурном расположении духа. Заглянув в Алексадровский сад, он увидел среди публики некоего гвардейского поручика, тогда как полк был на выезде, на летних учениях.

- Вы почему здесь болтаетесь? - сердито спросил великий князь и услышал в ответ:

- Позвольте заметить, ваше высочество, что офицеры гвардии его императорского величества не болтаются, а прогуливаются.

Конечно, отвечая подобным образом столь знатной особе, поручик рисковал оказаться на гауптвахте, а то и вовсе распроститься с военной карьерой. Однако чувство собственного достоинства заставило его пренебречь этим. Великий же князь, человек умный и порядочный, устыдился своих слов и оставил дерзость офицера безнаказанной.

Хочу заметить, что русское дворянство не только дало миру гениев литературы и искусства, великих ученых и полководцев - оно утвердило представление о чести и достоинстве как о высших ценностях, не сравнимых ни с какими другими. Да, имелись тут и свои особенности. Не усматривалось ничего зазорного в том, чтобы месяцами не платить портному или бакалейщику, но карточный долг считался долгом чести, и не уплатить его вовремя означало безнадежно испортить свою репутацию. Впрочем, и само дворянство было неоднородным по убеждениям, жизненным позициям и поступкам. В нем состояли боярыня Морозова и декабристы, Ленин и Достоевский, Лев Толстой и Дзержинский (собственно Феликс Эдмундович был польским шляхтичем, но Польша тогда входила в состав Российской империи, и шляхетство приравнивалось к дворянскому сословию). Свои понятия о чести и достоинстве были у купцов, рабочих, крестьян и даже у разбойного люда. Но больше всего мне импонирует в этом отношении русское офицерство.

В пропагандистском, но очень хорошем кинофильме «Красная площадь» есть великолепный эпизод. Действие, как я понимаю, происходит в 1918 году. Взбунтовавшиеся солдаты одного из подразделений разлагающейся русской армии требуют, чтобы офицер отдал им честь. Тот отказывается.

- Ничего, отдашь, еще и в ножки поклонишься, - говорит один из солдат, передергивая затвор винтовки.

Не помню сейчас, были или нет выстрелы, направленные так, чтобы пули легли возле и выше головы офицера, но под дулами винтовок он оставался непоколебимым, а на требования и уговоры ответил:

- Честь у меня одна, отдашь - что самому останется?

Скажете, эпизод придуман драматургом? Согласен. Но разве, это придуманное, не соответствует правде жизни? Ведь был же расстрелян ЧК в 1921-м году прекрасный поэт и георгиевский кавалер Николай Гумилев якобы за участие в офицерском заговоре, тогда как он лишь знал, но не пожелал выдать участников этого заговора.

Что же заставляет таких людей подниматься над свойственным любому человеку страхом перед смертью? Ответ на этот вопрос содержится в определении, которое Михаил Лермонтов дал нашему национальному гению Александру Сергеевичу Пушкину - «невольник чести». Вот в этом-то и суть! Невольником чести был герой войны 1812-го года генерал Николай Николаевич Раевский, который в решающий момент сражения повел войска в атаку, имея рядом с собой двух своих юных сыновей. Таким, несмотря на жестокость при подавлении Кронштадтского мятежа и крестьянского восстания на Тамбовщине, был маршал Советского Союза Михаил Николаевич Тухачевский, который до конца своих дней в страшном 37-м отстаивал прогрессивную организацию Красной Армии и внедрял передовые методы в ведение боевых действий.

Так что же мы имеем в виду, когда говорим о чести, о достойном поведении человека? Мне, как всегда, больше других нравятся определения Владимира Даля. Честь, считает он, - это «внутреннее нравственное достоинство человека, доблесть, честность, благородство души и чистая совесть». Несколько определений достойного поступка - «надлежащий, должный, приличный, сообразный с требованиями правды, чести». А теперь давайте посмотрим, как соотносится с этими понятиями деяние семи руководителей приморских СМИ, пославших президенту РФ «телегу» на губернатора Сергея Дарькина (читайте материал Юрия Мокеева «Донос на гетмана-злодея» в № 39 «Арсеньевских вестей»).

Казалось бы, ты - журналист, и не рядовой - возглавляешь СМИ, так что тебе мешает прямо и честно на страницах газеты или в эфире высказать губернатору все, что о нем думаешь? Элементарная трусость или желание исподтишка нагадить в карман человеку, который лишил тебя бытовавших при прежнем губернаторе подачек за счет налогоплательщиков? А может, просто боишься быть уличенным во вранье? Кто же из читателей, телезрителей, радиослушателей поверит, что именно по вине Сергея Дарькина у нас совершаются заказные убийства? Если бы это было так, то логично поставить Дарькину в заслугу значительное снижение преступности, достигнутое в крае за последний год. А стенания по поводу преследования прессы? Плачьтесь в жилетку сколько угодно, но нужны факты. Вы же их не приводите по той простой причине, что фактов-то у вас и нет. Меня это не удивляет - каждый делает то, на что он способен. Удивляет другое: неужто подписанты и впрямь полагают, будто у президента нет более надежных источников информации, чем РВК, газета «Новости» и иже с ними? Вот получит Владимир Владимирович кляузу из Владивостока, тут же уберет Дарькина, возвернет в первобытное состояние Наздратенко, и вновь купюры из кассы Белого дома зашуршат в карманах придворных журналистов. На мой взгляд, это тот случай, когда и цель, и средства, применяемые для ее достижения, в равной степени мерзопакостны.

Проживал некогда в Санкт-Петербурге литератор и издатель Фаддей Венедиктович Булгарин. Прославился он не столько кропанием в высшей степени благонамеренных, но скучнейших романов, за что удостоился эпиграммы самого Пушкина, сколько сочинительством доносов в Третье отделение жандармского корпуса на более одаренных писателей и прогрессивных деятелей своего времени. Вам это ничего не напоминает? По-моему, все люди, способные учинить подлянку, обладают неким общим качеством. Они так же не могут жить по законам чести, как депутаты Государственной Думы не могут рассказать избирателям правду о своих доходах.

Из всех видов доносов наибольшее неприятие вызывают у меня так называемые «коллективки». Какова их природа? Скажем, у господина Иванова свербит в заду от желания скомпрометировать кого-то в глазах высоких инстанций. Сделать это в одиночку у него не хватает духу - вдруг узнают и морально высекут его. И вот Иванов кучкуется с Петровым, Сидоровым и другими столь же достойными, как он сам, господами. Вместе они доходят до необходимого в таких делах уровня подлости, и вот уже в центр летит бумага, в которой на супостата возлагается вина за все когда-либо происходившие несчастья - от монголо-татарского ига до последних наводнений в Европе.

В принципе я не против «коллективок», но лишь тогда, когда они пишутся не в осуждение, а в защиту человека. В памяти всплывает событие не то 93-го, не то 94-го года. В вестибюле Дома печати на проспекте Красного Знамени, 10, полно народу. Корреспонденты многих СМИ, центральных и местных, собрались, чтобы послушать записанный на видеокассете рассказ молодого журналиста Алексея Садыкова о том, как после критического выступления по радио о деятельности тогдашнего владивостокского мэра Константина Толстошеина его, Садыкова, похитили, силой увезли, подвергли избиению и пыткам. Рассказ произвел на нас глубокое впечатление. Многие из присутствовавших подписались под обращением, не помню уж на чье имя, в защиту Алексея. Знаю наверняка, что подписей нынешних изобличителей губернатора Дарькина под этим обращением не было.

Между прочим, подписант № 1 доноса, о котором идет речь, Валерий Бакшин, известен как большой любитель защищать в суде свои честь и достоинство, задетые какой-нибудь публикацией. Когда-нибудь, если появится желание, я расскажу об одном из таких процессов, а пока замечу лишь: как говорят французы, чтобы приготовить рагу из кролика, надо этого кролика иметь. Очевидно, Валерий Викторович полагает, что защищает то, что имеет в наличии. Спорить не стану, никому не запрещено обзаводиться собственным суждением по любому предмету.

Не упускают возможности призвать обидчиков к суду и приморские прокуроры, в том числе главнейший из них - Валерий Василенко. Бьют они в цель почти без промаха, ибо какой же смысл судьям портить отношения с теми, кто надзирает за законностью принимаемых ими решений и при случае может причинить неприятности. Но вот недавно мне прочли ответ заместителя прокурора края С.Н. Лучанинова на ряд публикаций в газете «Народное вече», в той или иной степени касающихся незаконной деятельности владивостокского градоначальника Юрия Копылова. С болью в сердце сообщаю, что более лицемерного документа мне еще не попадалось. Как явствует из него, Юрий Михайлович абсолютно ни в чем не виноват - ни в квартирных махинациях, ни в распродаже муниципального имущества по бросовым ценам. И правильно, откуда же мэру знать, что администрация покупает для его родственницы квартиру за 1 миллион 300 тысяч рублей? И видимо, он пребывал где-то в центре пустыни Сахары, в то время как городская собственность (не за взятки, - что вы, что вы! - совершенно бескорыстно) чуть ли не преподносилась в дар частным лицам. Но и другие, те, о ком даже прокуратура не может сказать, что они ни в чем не повинны, пока не понесли ответственности. Одного освобождают от нее по амнистии, другой тяжело болеет, хотя его ежедневно видят на рабочем месте, третий волею Божею помрэ. Уровень же расследования дела насчет муниципальной собственности оказался таким, что суд вернул его нашим пинкертонам для продолжения их трудов. И вообще, если посмотреть на результаты деятельности приморских прокуроров, то создается впечатление, что никакой коррупции в крае не существует, а роскошные особняки возводятся исключительно на чиновничью зарплату. Так, может быть, лучше оберегать свои честь и достоинство не посредством судебных тяжб, а добросовестным и квалифицированным исполнением служебного долга?

Поскольку я уже коснулся личности милого моему сердцу градоначальника, должен хотя бы частично воздать ему по заслугам. Нет, я не об уничтожении лесопарковой зоны Владивостока, не о массовой вырубке деревьев на улицах краевого центра, об этом надоело говорить и писать. Сегодня мне уже ясно, что Приморская межрайонная природоохранная прокуратура либо не умеет работать, либо каким-то образом зависит от Юрия Михайловича. Но сейчас речь о другом. «К нам то и дело обращаются: посмотрите, как изменился облик центра города, как хорошо стали выглядеть фасады некоторых домов, как вместо асфальта кое-где появились брусчатка и плитка!» По-моему, эти восхищенные возгласы похожи на призывы к терпящим кораблекрушение полюбоваться красотами морского пейзажа. Санэпиднадзор бьет тревогу: из-за ужасного состояния городских коммуникаций вода, которую мы получаем, не годится ни для питья, ни для приготовления пищи, потребление ее грозит вспышками кишечно-желудочных инфекций. Мало того, возникли опасения, что скоро мы и о такой воде сможем только мечтать - город задолжал за ее поставку порядка 130 миллионов рублей, примерно столько же, сколько истрачено на все эти фасады, брусчатку и елки-палки в кадушках.

Да что говорить! Уже одно то, что два заместителя главы администрации и ряд сотрудников рангом пониже проходят в качестве обвиняемых или подозреваемых по уголовным делам, должно было побудить Копылова подать в отставку. Кстати, в былые времена, помнить о которых призывает Юрий Михайлович, он только за такой подбор кадров и за отсутствие контроля вылетел бы из Серого дома, выражаясь словами О`Генри, на двадцать футов впереди собственного визга. А сейчас? Сейчас в суды от него поступают пресловутые иски о защите чести и достоинства... Интересно, кто защитит город от него самого?

Когда-то в ходу была фраза, которую нынче можно услышать только от казачьих офицеров: «Честь имею». Формально произносятся эти слова или они заставляют вести себя соответствующим образом? Если последнее, то остается пожалеть, что казаков в России не так уж много. А еще мог сказать человек, дошедший в материальных делах до края: «Все пропало, кроме чести». Значит, считалось, что главное (честь) - при тебе, а остальное - деньги, карьера - дело наживное. Повезет тебе в этом - хорошо, не повезет - тоже не смертельно. Лишь бы не уподобиться тем, кто разменивает золото чести и достоинства на медяки ворованной сытости и незаслуженной власти.

Валерий КУЦЫЙ.

P.S. Кроме того, я считаю, что Бакшин должен быть изгнан из Государственной телерадиокомпании.

<< вернуться в список статей

Разделы сайта
Политика Экономика Защита прав Новости Посиделки Вселенная Земля-кормилица



Rambler's Top100