Политика
За что они нас не любят
Д. Драгунский
А действительно, за что многомиллионные массы российских граждан и гражданок терпеть не могут сравнительно небольшую политическую партию (СПС - прим. ред.)? Почему они считают ее лидеров исчадиями ада? Почему они считают демократию бранным словом, а либерализм и вовсе хотят объявить преступлением, караемым по международному праву - то есть поставить в один ряд с агрессией, работорговлей, геноцидом и пиратством?
Наверное, из-за сгоревших в 1992 году вкладов в Сбербанке. Ничего не скажешь, это очень неприятное событие. Но при коммунистах было несколько грабительских денежных реформ, и все они прощены и забыты. Может быть, либералов не любят из-за обедневших ученых, врачей, учителей? Тоже, кстати, тяжелая проблема. Но почему-то Ленину и Сталину, а также Хрущеву с Брежневым все это прощалось без лишних слов.
Может быть, людям не нравится, что ксероксы и сканеры свободно продаются в магазинах? То ли дело раньше, когда единственная в учреждении копировальная машина стояла за металлической дверью с окошечком, похожим на тюремный “волчок”.
А может, им поперек горла возможность отдохнуть в Турции и на Кипре, в Египте и Таиланде? То ли дело раньше, когда турпоездка в братскую социалистическую страну была наградой за долгий беспорочный труд, но все равно надо было идти на допрос в комиссию райкома.
Наверное, им не нравится, что квартиру можно купить и продать, а не разменивать? Что за автомобилем не надо стоять в очереди, и за промтоварами тоже, не говоря уже о продуктах питания. Наверное, им противно, что овощи в магазинах мытые и в пакетах, а не гнилые пополам с землей. Что одного только отечественного пива - около ста сортов. То ли дело раньше - всего два сорта. Просто “пиво” и “пива нет”.
Или им не нравятся продуктовые, вещевые, электронные и прочие ярмарки, где есть все и по любым ценам? Толкотня там, что ли?
А может быть, их возмущает сама возможность зарегистрироваться как ПБОЮЛ и начать собственное дело? Или работать на трех работах, не собирая справок и разрешений? Проще говоря, им не нравится возможность зарабатывать деньги?
Всякое, конечно, бывает. Но мне почему-то кажется, что если вдруг запретить мобильники, интернет, ксероксы и компьютеры, обмен валюты, вещевые и пищевые ярмарки, продажу подержанных иномарок, закрыть пивзаводы и границы, отменить приватизацию квартир и частное предпринимательство - народному возмущению не будет предела. О такой мелочи, как свободная пресса, я и не говорю. Как жить без газеты “Жизнь” и журнала “Гламур”? Без каналов СТС и ТНТ?
Наверное, небольшая часть народа считает, что прогресс идет своим никому не подотчетным ходом. И регресс тоже. Поэтому свободные выборы или выборочные расстрелы, рыночное изобилие или карточная система - явления как бы атмосферные. Можно, конечно, поворчать. Дождь, мол, зарядил. Сахар опять по талонам. Ивана Петровича вчера ночью взяли, а сегодня - его жену с детишками. Дети-то при чем, господи твоя воля... Да только ворчи, не ворчи - толку ноль. Поэтому вот эти люди возмущаться, конечно, будут. Но не очень. Потому что они не любят никого. Включая самих себя.
Но есть и другие. Их подавляющее большинство. Они прекрасно знают, что компьютеры на осинах не растут. Что все вышеперечисленное - от мобильного телефона до экономической свободы, и от свободных выборов до пива любимой марки - появилось в России, начиная с 1991 года. То есть с момента, когда правительство стало либеральным.
Потому что именно либеральная политика и либеральная экономика обеспечила свободу труда, свободу собственности, свободу слова, а также разные инфраструктурные удобства - вроде электронной почты и отмены прописки.
Почему же люди все это понимают, но все-таки либералов не любят? Или хотя бы не испытывают простой человеческой благодарности?
Боюсь, что я знаю, почему. Хотя говорить об этом неприятно. Но приходится. Народ мне друг, но истина дороже. Так вот: либеральные экономические и политические реформы обошлись без крови. В отличие от коллективизации и индустриализации при коммунистах. Проблема нелюбви к либералам в том, что они никого не расстреливали. Даже не сажали.
Точнее говоря, это проблема людей, которые не уважают тех политиков, которые никого не ставят к стенке. Вот если бы назавтра после путча-91 в газетах промелькнула примерно такая информация: “вчера московский окружной военный трибунал... изменников Родины... приговор приведен в исполнение”, - то всенародная любовь к правительству Ельцина-Гайдара была бы обеспечена. Особенно если бы судьбу главарей повторили их неосторожные подпевалы областного, районного и местного звена.
Умом я понимаю страстную любовь народа к казням, пыткам, ссылкам и конфискациям. Но душой не приемлю. И не я один. Вся наша сравнительно небольшая, но за короткий срок сумевшая спасти страну от голода и войны партия не любит крови, и не собирается никого расстреливать.
Так что пусть они не любят нас дальше.
Все равно они живут по нашим политическим, экономическим и социальным правилам. Других правил не будет. А любовь, и даже политическая симпатия - это из области частной жизни. Вмешиваться в чужую частную жизнь - в высшей степени нелиберально. Так что не будем добиваться их любви. А жить при либерализме они научатся сами.
Д. Драгунский.
”Правое дело”N 39.
Другие статьи номера в рубрике Политика:
