© Фото ИА «Росбалт», Илья Давлятчин

Проект поправок в Гражданский и Арбитражный процессуальные кодексы, а также в Кодекс административного судопроизводства, внесенный в Госдуму Верховным судом, осложнит обжалование решений, зато даст возможность для вынесения приговоров в отсутствие участников процесса. Как рассказал корреспонденту «Росбалта» кандидат юридических наук Дамир Гайнутдинов, предложенные способы «разгрузки» судов от «бумажной работы» неприемлемы.

«Предлагается освободить суды от необходимости мотивировать собственные решения, поскольку якобы в большинстве случаев этого не требуется, а те, кто захочет получить мотивировку, могут попросить об этом суд. Это очень странная логика, потому что возможности попросить мотивированные решения окажутся достаточно ограничены. Насколько следует из поправок, это можно сделать только на стадии рассмотрения дела в первой инстанции, но желание об обжаловании может возникнуть позже. Процессуальные кодексы позволяют обжаловать судебные акты в течение определенного срока. И как действовать, если мотивировочное решение не было запрошено, а необходимость в нем возникла позже, совершенно непонятно», — сообщил юрист.

Дамир Гайнутдинов отметил, что нововведение затруднит возможности для обжалования абсолютно всех судебных решений, включая «политические». Вряд ли нововведение продиктовано именно желанием властей ограничить возможности пересмотра именно «политических» дел, однако «политики» пострадают вместе с остальными гражданами.

Столь же спорным выглядит и предложение освободить суды от необходимости рассылки повесток. «Это тоже неоднозначное, сомнительное решение, потому что я предвижу, что суды и госорганы будут злоупотреблять этой возможностью для того, чтобы избежать привлечения действительно заинтересованных лиц, не направляя им уведомления. Предвижу риски для ответчиков по гражданским делам, которые не будут уведомлены о рассмотрении дел и узнают фактически о нем после того, как решение будет вынесено, и вынуждены будут обжаловать его уже в апелляционном порядке. И потом, участники же судебных процессов не смогут получить мотивированное решение, потому что срок его запроса будет уже пропущен к тому времени», — констатировал Гайнутдинов.

Также в Кодекс административного судопроизводства предлагается внести значительные поправки о механизмах признания экстремистскими или запрещенными материалов, опубликованных в Интернете.

Унификацию процедуры запрета распространения тех или иных материалов юрист считает в целом положительным моментом, поскольку сейчас процессуальных оснований для запрета информации слишком много.

Однако Дамир Гайнутдинов считает, что в этой части поправок есть много настораживающих моментов. «Прежде всего, следует отметить, что включение в КАС целой главы, посвященной рассмотрению дел о запрете информации, говорит о том, что цензура наконец-то официально признана одним из ключевых инструментов государственной политики», — пояснил он.

Также юрист отметил, что исковой порядок признания материала запрещенным вводит новую категорию «лицо, действия которого послужили поводом для подачи административного искового заявления». Теоретически под нее подпадает любой человек, лайкнувший или репостнувший запись или ролик, который вызвал у правоохранителей подозрения. Также этот порядок означает, что с ответчика можно будет взыскать судебные расходы, в том числе дорогостоящие лингвистические экспертизы.

«С другой стороны, непонятно по какому принципу будут отбираться ответчики. Некоторые „экстремистские“ видеоролики имеют миллионы лайков. Хотел бы увидеть, как прокуроры будут привлекать миллионы административных истцов — пользователей русских сервисов, вроде „Вконтакте“. Потому что зарубежные сервисы, своих пользователей, конечно, не сдадут».
 
«Во-вторых, в части признания информационных материалов экстремистскими подтверждается специальная подсудность, затрудняющая добросовестным авторам защиту своих прав — по месту обнаружения либо по месту нахождения организации, осуществившее производство подлежащих запрету материалов. Других вариантов нет. Как быть, если „производителем“ такого материала является физическое лицо в законе не сказано», — отметил юрист.

«В-третьих, главная проблема заключается не в процедуре, а в том, что основания для запрета информации в России практически безграничны. Ст. 10(6) ФЗ „Об информации“ предусматривает, запрет распространения „иной информации, за распространение которой предусмотрена уголовная или административная ответственность“. Участие в этой схеме прокуратуры, как одного их самых деградировавших государственных ведомств, в сочетании с шизофренической формулировкой закона „Об информации“  и нежеланием судей брать на себя ответственность и всесторонне исследовать обстоятельства дела, приводит к тому, что суды по всей стране штампуют десятки тысяч прокурорских заявлений о запрете статей о том „как давать взятки“ или интернет-магазинов, торгующих пармезаном», — резюмировал Дамир Гайнутдинов.

Верховный суд РФ внес в Госдуму законопроект о реформе процессуального законодательства. Он подразумевает развитие упрощенной формы судопроизводства, сокращение круга дел, по которым составляются мотивированные судебные решения, расширение в судах институтов профессионального представительства и досудебного (внесудебного) урегулирования споров, а также изменение порядка извещения участников процессов. Также в Кодекс административного судопроизводства предлагается внести поправки по искам о признании экстремистскими или запрещенными материалов, опубликованных в Интернете.